Книга Ведьма, страница 39 – Юлия Резник

А у него дыхание перехватывает! Хватает ее, затаскивает к себе прямо в одежде под теплые струи, впивается в губы. Лижет, кусает… Жадно, неистово, как последний раз. Сминает трикотаж платья, гладит смуглые ноги, попку. Отстраняется на мгновение, окидывает ее взглядом. Возбужденная, с мокрыми черными космами и горящими глазами. Мокрое платье, облепившее холмики грудей, совершенно ничего не скрывает. Вот они… Яркие пуговки маленьких светло-коричневых сосков. Не выдерживает… Сжимает их, мнет, а она жалобно всхлипывает. Степан откидывается на стенку душа, Ксения, напротив, поднимается, становится на колени, так, что лицо мужчины находится прямо напротив промежности. Опускает на него горящий демоническим огнем взгляд.

— Что, милая? Что моя девочка хочет?

Ксения хнычет в ответ.

— Ну же, Ксень… Скажи! — приказывает.

Она всхлипывает и сдается:

— Поласкай меня!

Степан проводит по складочкам пальцами, скользит по мокрым губкам:

— Так?

— Нет, — хнычет, — ртом. Поласкай меня ртом.

Он со стоном целует ее между ног, лижет страстно и откровенно, она трется о его лицо, сходит с ума под его губами, захлебывается водой, которая так и продолжает литься. Взрывается у него на языке, сползает вниз в изнеможении, утыкается носом в его живот:

— Люблю тебя, — в унисон.

Игорь был злой, как черт. Почти шесть дней. Шесть, мать его, дней разруливал ситуацию, которая в принципе не должна была возникнуть. Как она там? И Степан, и сама ведьма, когда он все же находил время позвонить, хором убеждали его, что все в норме. Отчего тогда так неспокойно на душе? Весь перелет, как на иголках. На паспортном контроле уже едва не подпрыгивает от нетерпения, и этим суматошным поведением привлекает к себе пристальное внимание пограничников. Потом такси до офисной парковки. Он, конечно, не беден, но оставлять машину на парковке аэропорта — абсолютное безумие, учитывая тамошние расценки. Пересаживается в свою бэху. Педаль в пол. Несется, как угорелый, бросает машину посреди двора, буквально влетает в дом. В гостиной никого. Заглядывает в кухню, а там…

Первым делом бросаются крупные, мужицкие руки Степана на ее нежной, аккуратной груди. Он чашей обхватил их и поглаживает торчащие соски большими пальцами рук. Каждый жест врезается в память, четко, с детализацией, как при замедленной съемке, вышибая из Игоря дух. Потом он замечает ведьмины смуглые ноги на его мощных плечах. Сама же она лежит на обеденном столе, а вокруг валяются перевернутые чашки и ваза с цветами, часть которых упало на пол. Степан сидит в кресле, лаская Ксению языком, а та извивается вся и стонет хрипло. Оргазм близок, Игорь успел достаточно изучить ведьму, чтобы это с уверенностью утверждать.

— Степан! — кричит Ксения в оргазме. И это протяжное “А” в имени друга, как-то особенно больно режет по нервам.

Из рук выпадают ключи, своим грохотом заставляя вскинуться любовников. Ксения суетливо скидывает ноги с плеч мужчины, поднимаясь со стола. Степан разворачивает коляску.

— Упс, как я не вовремя, — Игорь, притворно улыбаясь, быстрыми шагами направляется в сторону двери.

Степан рванулся за ним. Ксения сквозь слезы наблюдает, как он резко встает, делает шаг:

— Слабый. Подожди…

Игорь оборачивается на зов друга и замирает, не в силах поверить — Степан делает шаг!