Книга Обычная история, страница 61 – Юлия Резник

— То есть, если я решу трахнуться с кем-то за периметром, ты не будешь против? — невинно хлопает глазами. Зараза. Выводит все-таки. Провоцирует… Ладно. Если девочке это нужно — пускай. Пока все невинно — черт с ним.

— Не буду. У нас свободная страна.

— Даже как-то обидно. Мог бы поревновать меня для порядка.

Смеюсь. Но что удивительно, смех ничуть не остужает пыл. Странная ночь. Столько чувств сменили друг друга. Такие разные, но такие одинаково яркие чувства подарила мне эта девочка. Оглаживаю ее скулы пальцами, веду вниз по подбородку, опускаюсь к груди. В ушах звенит голос Ляськи, наговорившей мне столько гадостей… Понимает ли она, что во многом сама подталкивает меня к другим? Что мое терпение не бесконечно? Что мне тоже порой просто тупо хочется передышки.

Вокруг члена оборачиваются тонкие пальчики. Скребут поджавшиеся от желания яйца. Томный взгляд из-под взволнованно трепещущих ресниц оглаживает тело.

— Нравлюсь, Кать?

Вопрос шутливый. Но она неожиданно серьезно кивает.

— Очень.

С улыбкой отвожу ее волосы от лица. Легонько подталкиваю в плечо, заставляя вновь опуститься на колени. Сдвигаюсь ей за спину, обняв грудь ладонями. У нее такие малышки, что хватает с запасом. Соски перекатываю между пальцев. Вбираю в себя ее тихий стон. Целую в затылок, прикусываю холку и следом плечо. Пальцами оглаживаю бедро и ягодицу, сдвигая вбок полоску стрингов. Мокрая какая. Сочная… Аж по ляжкам течет — голодная девочка. Так и хочется ее накормить. Но сейчас я до того заведен, что удовольствие будет слишком быстрым. Мне это не надо. По большому счету то, что сейчас происходит, в принципе лишнее. Только я уже не остановлюсь. Ни за что. Тормоза отказали, да… Я несусь, не разбирая дороги, сам не зная куда. Может, от земли оторвусь, а может, упаду в пропасть.

Толкаюсь пальцами между ног. Оглаживаю складки в разрезе губ. Размазываю соки между ягодиц. Катя нетерпеливо поскуливает.

— Таир!

Резинок нет. Бежать за ними сейчас — обломать нас обоих. И прекратить все — вообще не вариант. Твою мать. Осторожно, погружаю палец в отверстие выше.

— Таир… — дыхание Кати срывается. Добавляю еще один палец. От похоти, бьющей в голову, перед глазами расходятся радужные круги. Я всегда так хотел. Ляська никогда не давала.

— Таир! — все больше нервничая, окликает Кэт.

— Кать, послушай. У меня нет презервативов… Поэтому так. Я осторожно, слышишь? Кать?!

Пошлет… Как пить дать пошлет.

Но нет. Напротив. Она утыкается лбом в подушку и шепчет:

— Почему бы и нет? Так даже лучше.

Кэт

Доверие… В отношениях все от него отталкивается. И в сексе тоже. Наверное, поэтому я позволяю Таиру то, что никому и никогда не позволяла. Даже Реутову. Это, оказывается, так просто — когда не надо думать о том, как выглядишь, чтобы понравиться, не пытаться казаться лучше, потому что он все равно не испугается, не додумывать, не гадать о том, что будет потом. Просто бездумно идти за ним. И каждой клеткой чувствовать, что происходит с тобой в этот самый момент. Так отчаянно остро его проживая…

Сухие шершавые руки. Горячие жадные губы… Сбившееся обжигающее дыхание, заставляющее топорщиться пушок у кромки роста волос.

Слишком тесно. Слишком непривычно. Хочу еще.

С губ рвутся чувственные грудные стоны.