Онлайн книга «Обычная история»
|
— Твою мать! Ты ничего лучше не придумала?! Сумасшедшая баба! — рычит Таир, вытаскивая меня из кабины. Стряхиваю струящуюся по лицу воду. Ошалело моргаю. — Услышал, что в трубах вода шумит — не поверил своим ушам! Думаю, ну не могла же она… Не додумалась бы! Боже, я совсем жалкая. Вернуть бы себе хоть толику присущих мне дерзости и нахальства, я бы точно нашла что ему ответить. А так… — Очень помыться хотела, — шмыгаю носом. — Да понял я! Таир снимает полотенце с держателя. Принимается осторожно обсушивать мою кожу, опасаясь содрать с ранок размягчившиеся от воды корочки. — Пороть тебя некому! — резюмирует он, накидывая на меня висящий на крючке халатик. — Хотите? — вскидываю глаза. Валеев моргает. — Что? — Хотите меня выпороть? Бля-я-я… Что я несу?! Что со мной вообще, твою мать, происходит?! И этот шторм на дне его спокойных, как море в штиль, глаз, наверняка мне просто чудится? И вот-вот сменится… нет, не презрением даже, его бы мне было легче принять. А сожалением и разочарованием. — Кать, иди в кровать. Ты же все смыла. Придется нанести эмульсию заново. Киваю, глядя в пол. Шаркая ногами, плетусь в спальню. Шатаясь из стороны в сторону, напяливаю бесшовные трусы. Подумав, футболку не надеваю, но кладу рядом с собой, чтобы надеть после процедур. В чем есть падаю на постель, зарываясь носом в пахнущую чайной розой подушку. Устала так, что вырубаюсь еще до того, как Валеев приступает к обработке ранок. Последней сонной мыслью становится, что он мог бы и не утруждаться, поручив это дело медикам. Но почему-то он не стал этого делать… В следующий раз просыпаюсь под вечер. Мне гораздо лучше, хотя слабость такая, что кружится голова. Очень хочется в туалет. Иду. А чтобы не бегать по два раза, отдавая последние силы, становлюсь еще и под душ. Вдруг он опять услышит, как течет вода в трубах, и придет? Я дура? Я дура, да. Но с ним так спокойно… И тихо. Находясь рядом, Таир занимает своей масштабной фигурой столько места в моей голове, что без труда вытесняет все другие мысли и чувства. Даже обиду и страх. Вкусом пепла на языке остается разве что ревность. Ее пламя не погасить. Оно выжигает меня изнутри до черных обугленных краев. Не приходит. Выкарабкавшись из душевой, кое-как сама обрабатываю ранки. Впервые за пять дней беру телефон. Там куча сообщений от коллег с пожеланиями выздоровления, от матери, Стрельникова и… Реутова. «Кэт, у тебя все хорошо? Ты добралась домой?» «Кэт»… Закрываю глаза, скукоживаясь, словно готовясь к очередному удару. И пропускаю, да… Впрочем, вспышка боли в этот раз довольно короткая. Я под анестезией того, что этому козлу было не все равно. Что он мне писал! И звонил. Проверяю неотвеченные, чтобы быть точной — аж целых четыре раза. Интересно, как на это реагировала его сука? Надеюсь, она на говно изошла от ревности и сгрызла себе все ногти. Пусть ей хоть на тысячную долю станет так же плохо, как было мне. Всей душой ее ненавижу. «Я заразилась от Сашки ветрянкой. Была не в состоянии отвечать. Как она?» «КАК ТЫ?» Душу рвет в клочья его гребаный капс лок. Да, мы не будем вместе. Да, я никогда не прощу… Но как же, сука, сладко от того, что он до сих пор обо мне переживает. «Уже нормально». «Саша тоже ок. Дети ветрянку переносят легко». |