Книга Обычная история, страница 36 – Юлия Резник

— Засада, ага, — ржет Миха.

— Почему?

— Ну, мужик же как выбирает? Глазами, да? Прикинь, как боженька над нами посмеялся? Плодимся-то мы, как правило, от красивых дур.

— Плодитесь от умных, — закатываю глаза. — Кто вам не дает?

— Чувство прекрасного, — заливается пуще прежнего.

— Вечно вы не тем местом думаете.

— Нет бы попытаться найти красивую и умную, да? — бросает на меня хитрый взгляд. А мне неловко становится. Ладно бы он просто хотел поразвлечься — это одно. Но если Стрельников с перспективой на будущее думает, я — отстойный вариант.

— Ну, поищи, да.

— Так я, может, нашел.

— Если речь обо мне — ты это зря.

— Почему?

— Потому что мне не нужны отношения, Миш. Может быть, когда-то потом, но точно не сейчас.

— Из-за мужа? Он тебя бросил, да? Не дождался?

Ах да. Он же не знает деталей. Из нашей команды только Валеев в курсе, ну и, вероятно, где-то там, совсем уж на верхах.

— А ты бы ждал десять лет? — не знаю, зачем встаю на защиту Реутова. Миха с ответом не торопится. И мне это импонирует. Выпалил бы он, не думая «да, конечно», просто упал бы в моих глазах.

— Не знаю, — наконец, честно говорит он.

— Я тебе больше скажу — никто не знает. Мы вообще не знаем, как себя поведем в той или иной критической ситуации. Иногда сознание такие финты выдает, что ой!

— На собственном опыте знаешь?

Усмехаюсь. Прикрываю глаза… А на обратной стороне век — трасса, та, давняя… Наша припаркованная кое-как машина, тормозной путь, отпечатанный двумя жирными мазками. Валяющийся в стороне грибник. И Реутов, бесконечно повторяющий: «Это конец, это конец всему, Катя-я-я-я. Мне конец»…

— И на собственном тоже, да.

Пятница. Вечер. В обратном направлении километровые пробки, а мы доезжаем практически по пустой трассе в рекордно сжатые сроки. Новый дом Реутова — элитная новостройка с закрытой территорией, на которой есть даже парк и выход к реке. Вход (ну надо же!) по отпечатку пальца. «Интересно, подвязывается ли сюда база МВД?» — мелькает идиотская мысль. Ознакомившись с информационной табличкой у домофона, набираю номер квартиры по описанной схеме. Руки влажные — вытираю ладони о юбку, не подумав, что на шелке останутся безобразные разводы.

— Кэт? — раздается из коммуникатора.

— Да, я!

— Проходи. Восемнадцатый этаж. Лифты слева. Консьержу скажешь, что в триста восьмую.

Это ж надо, как высоко забрался! Отделанный мрамором холл, стойка консьержа, больше напоминающая ресепшен в дорогом отеле. Лифт. Это вам не зоновские казематы, да…

Интересно, а эта Ника будет? Наверное, это же и ее квартира. Вряд ли бы Реутов потянул покупку такой недвижимости в одиночку. Он все же мидовец, а не олигарх. А я-то как раз имела несчастье недавно ознакомиться с ценами на недвижимость.

Двери лифта открываются. По указателям прохожу к нужной квартире. И замираю, не дыша, у двери. Я сейчас его увижу! Их… Я сейчас их всех увижу.

Кэт

Толкаю дверь — закрыто. Вот козел. Знает же, что я поднимаюсь! Не мог открыть заранее?! Ждет, когда позвоню? Или до последнего пытается отсрочить нашу с дочкой встречу? Думает, мне легко было сюда приехать? А может, вообще не думает. Обо мне… Хотя это, конечно, вряд ли.

Сглотнув разбухший в горле ком, подношу палец к звонку. Тело одеревенело от волнения. Малейшее движение стоит усилий. Сердце грохочет в ушах, шумит кровь. Под красивой шелковой блузкой по спине течет пот. И руки просто ходуном ходят, отчего противно шуршит пакет с вкусняшками, которые я купила в кондитерской на первом этаже.