Книга Обычная история, страница 31 – Юлия Резник

— Чего так смотришь? — улыбается Стрельников.

— А что же, в конторе допускаются отношения между сотрудниками?

— Эм… Отношения? — Миха переводит странно искрящийся взгляд с Тая на Ташу, потом опять на меня: — А ты с какой целью интересуешься?

— Да просто.

Ну не объяснять же чужому мне человеку, что я просто хочу понять мотивацию его шефа? Интересно, почему он меня отшил, почему не позволил себе ничего лишнего, хотя мог и хотел, о чем наглядно свидетельствовал крепкий даже с виду стояк. А эта лекция его? Господи. Стыдно как… И справедливо, наверное. Как бы тяжело мне не было в этом признаться.

— Не думаю, что какие-то правила заставят Ташу отказаться от сына.

— Так она его мать? — открываю рот.

— Угу. А ты что подумала, маленькая извращенка?

Заставляю себя хмыкнуть, показывая, что я тут всеми силами веселюсь, ага… А сама на телефон кошусь в ожидании новостей по квартире. Накануне я созвонилась с риелтором, а потом подняла рабочий контракт и прикинула на бумажке свои доходы-расходы. К счастью, моей заначки хватало на первоначальный взнос, а остальную сумму можно попытаться взять в ипотеку. Теперь дело за малым — получить одобрение банка. Но если новоиспеченному сотруднику нашей конторы любой кредит выдают едва ли не с радостью, то вчерашней зэчке — не факт. Знала бы, что перевесит в итоге, я бы… Что? Продала почку, лишь бы наскрести необходимую сумму? Возможно. Без одной почки я, наверное, как-то смогу прожить. А вот без дома, где была когда-то так счастлива — вряд ли. Казалось бы — обычная сделка с недвижимостью, а для меня — как будто спасение. То единственное, за что я держусь в своей покачнувшейся действительности.

— Да ну тебя.

— Давай еще набадяжу… — кивает Миха на мой опустевший стакан.

— Тут кампари, да? Только немного.

— А что так скромно?

— Боюсь, шеф отругает, если я приду с бодуна в первый рабочий день.

— А, да-а-а, — заливается Миха. — Еще как отругаю, — а потом наклоняется ко мне и, обжигая щеку теплым дыханием, шепчет: — Но ты можешь меня умаслить.

У него улыбчивые губы, нахальные глаза и потрясающе красивый разворот плеч. Он действует слишком в лоб, но это скорее притягивает, чем отталкивает. Все же есть что-то эдакое в мужчинах, которые не только четко понимают, что им нужно, но и знают, как это взять. Моей израненной душе, как оказалось, очень заходит такое внимание. Цементирует пошатнувшуюся веру в себя, дает утраченную опору. К тому же, боги, я ведь не знала другого мужчины, кроме Реутова. И сейчас, когда он меня предал, верность ему кажется едва ли не чем-то кощунственным. Я не верю во все эти «клин клином» и прекрасно осознаю, что меня тупо не хватит на новые отношения, что будет вообще ошибкой в них ввязываться, но чисто для галочки, чтобы вымарать это издевательское «единственный» напротив имени мужа, теперь уже бывшего, почему нет?

Приглядываюсь к Михе внимательней.

— Гуляете?

Вздрагиваю, расплескав коктейль на руку.

— Присоединяйтесь, Таир Усманович.

— Да нет. Я просто мимо шел. Все хорошо? — задерживается на мне темным взглядом немного раскосых глаз.

— Допуск есть, — салютую ему бокалом.

Валеев коротко кивает. Стоят они с Мишей в ряд. И, конечно, когда на них смотришь вот так, у последнего нет никаких шансов. Стрельников просто теряется на фоне более взрослого и матерого Таира. Хотя тот не делает ничего ровным счетом, чтобы подчеркнуть свое положение, просто стоит, сунув руки в карманы брюк, но ты точно понимаешь, кто здесь настоящий хозяин жизни.