Книга Обычная история, страница 14 – Юлия Резник

— Сейчас ты должна сказать «я же говорила», — сиплю в трубку.

— Зачем? Ты и сама все знаешь.

Строгий голос матери заставляет мучительно сжаться сердце. Я не разговаривала с ней три года. Перед судом мы в хлам разругалась, поставив точку в и без того очень натянутых отношениях. До настоящего момента я была свято уверена, что меня это более чем устраивает. А теперь вот слышу ее, и нутро скручивает тоской.

— Да, — хриплю я. — Слушай, я вообще-то по поводу вещей звоню. Нормально будет, если я заеду за ними завтра?

— А сегодня куда?

— Мне квартиру дают от конторы. Туда.

— Ясно. — В трубке опять повисает неловкое молчание, в котором так явно звенит невысказанное. Мама знала правду. Мама говорила — я дура. А я не слушала. Потому что маму я ненавидела, а Реутова любила. И да, мама была права, что уж теперь отрицать?

— С деньгами как? Дадут на первое время или…

От матери я не возьму ни копейки, даже если буду голодать. Это дело принципа. Поэтому, оборвав ее на полуслове, резко бросаю в трубку:

— Об этом не беспокойся. До завтра.

Сбрасываю вызов. Немного истерично дышу. Мама… Прикрываю глаза, и перед глазами встает ее высокая фигура. Угловатые плечи, худоба. Седые волосы, собранные в ракушку. Обязательно строгий костюм. И всегда, всегда недовольно поджатые губы.

Мама возглавляет кафедру английской литературы в одном из престижнейших вузов страны. На ее счету тысячи студентов, сотни научных работ и выдающихся, нахваливаемых критиками переводов. Но ее главным проектом и разочарованием стала все-таки я. Мне жизни не было из-за ее амбиций.

Устало растираю лицо. Краем глаза замечаю двинувшегося к туалетам Миху. Радуюсь, что он отошел. Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя после разговора с матерью. Сижу, попиваю компот.

— Ну, что, Кать? Десерт? Или поедем?

Отвожу взгляд от пестрой скатерки. Предзакатное мягкое солнце проникает сквозь плотную вязь виноградных листьев, осыпая плечистую фигуру Михи звездной пыльцой. Все нереально в сегодняшнем дне. Даже эта картина.

— Нет, пусть нас уже рассчитают, — моргаю я.

— Домой хочешь? — понятливо кивает Стрельников.

— Хочу просто лечь. Там будет куда? — вдруг спохватываюсь, хотя, говоря откровенно, мне и голого пола будет достаточно. Я в таком состоянии, что вряд ли вообще замечу какие-то неудобства. Просто хочется остаться одной. Закрыть глаза и позволить себе забыться.

— Конечно. Даже постельное в наличии.

Миха жестом подзывает официанта, чтобы попросить счет. Я тянусь к рюкзаку, доставая деньги, но Стрельников пресекает мой порыв, пригвоздив к стулу тяжелым взглядом.

— Угомонись.

Прежняя я в этом месте отвесила бы пару шуточек про Мишу-неандертальца. Ну, или же возмутилась бы его сексистскими замашками с горячностью реинкарнировавшейся Клары Цеткин. А в теперешнем своем исполнении я только равнодушно веду плечом. Похер, все вообще похер. Даже злость всю подчистую высосало. Держаться не за что.

Дорогу домой Стрельников решает использовать с толком — рассказывает о продукте, который они создают. Если кратко, то это программа, использующая искусственный интеллект для защиты критически важных систем от хакерских атак извне.

— Вскрывала когда-нибудь наши сервисы? — бросает на меня хитрый взгляд. Алло. Я, может, и на дне, парень, но…