Книга Это любовь, страница 31 – Юлия Резник

— Аркаш, – испугалась Аля.

— Тс! Я не спешу на тот свет. Но и не думать о том, что почти на двадцать лет тебя старше, я не могу тоже.

Альбина приоткрыла рот. Но в итоге, так ничего и не сказав, нервно поджала губы. Какой смысл спорить с мужем, когда он уже все решил?

— Ты сказал «при правильном подходе». Как думаешь, если Савва узнает о том, как ты им сейчас манипулируешь…

— Он не узнает. А если узнает и быканет – значит, я переоценил его умственные способности.

— Ладно. Я поняла. Не злись, пожалуйста.

— Я на тебя не умею злиться, – Мудрый потерся носом об ушко жены.

— Когда его отпустят?

— Беспокоишься о мальчике?

— Перестань. Он взрослый мужчина.

— Я имел возможность в этом убедиться, – проворчал Мудрый. Альбина хохотнула.

— Да уж.

Взгляды мужа и жены пересеклись и оттолкнулись в разные стороны. Смотреть порно – это одно. Подглядывать за человеком, с которым тебя столько всего связывает – совсем другое. Особенно когда… Короче, когда они так не могут.

Альбина поднялась на ноги:

— Ты не сказал, когда его выпустят.

— Как только он перестанет изображать из себя взрослого и позвонит папочке.

Аркаша криво улыбнулся. Альбина покачала головой, разглядывая непроницаемое лицо мужа.

— А если не позвонит?

— Значит, я, опять же, его переоценил.

И в этот момент, будто подгадав под него, телефон Аркаши подал сигнал. Мудрый оскалился, мол, ну что я тебе говорил? И лениво пододвинул к себе айфон, ставя вызов на громкую.

— Аркаша, это Савва. Я встрял.

— Что такое?

— Ты был прав. Наши друзья стали действовать, затеяв какую-то совсем уж грязную игру…

— Ближе к делу.

— Меня загребли в СИЗО. Буду благодарен, если ты как-то это разрулишь. Обвинения абсолютно надуманы, я клянусь, и…

— Понял. Жди. Сделаю, что смогу.

Отбив звонок, Мудрый закинул руки за голову и потянулся. Ну, просто как по нотам разыгрался спектакль! Без сучка и без задоринки… А то ведь в последнее время все вкривь и вкось. Удовольствие от того, что его план сработал, заставило Аркашу улыбнуться. На секунду он даже забыл о том, что за ним наблюдают. Опомнившись, открыл глаза и поинтересовался у жены, вскинув брови.

— Что, Альбинушка?

— Почему ты ничего не предпринимаешь?

— Рано еще. Пусть посидит. Чтобы, так сказать, в полной мере проникнуться благодарностью к своему спасителю.

— Аркаша, это жестоко.

— Врачу порой тоже приходится причинять боль пациенту. Но без этих манипуляций выздоровление может не наступить. Аль, ну ты чего? Умненькая же девочка.

Альбина спрятала в ладонях лицо. Нет, она все понимала, правда… Она смирилась, она научилась выживать в этом мире, но порой…

— Наверное, я боюсь, что однажды кто-то поступит так же жестоко по отношению к нашим детям.

— Как раз чтобы им не пришлось сталкиваться с этой стороной жизни, я и делаю то, что делаю, – рыкнул Аркаша. – Приоритеты понятны? Или ты хочешь об этом поговорить?

В голосе мужа послышались металлические нотки. Аля заставила себя собраться.

— Понятны.

— Я могу рассчитывать на поддержку со стороны своей любимой жены?

Слово «любимой» Мудрый произнес с особенной интонацией.

— Абсолютно. Всегда. Я тоже очень тебя люблю, Аркаша.

Аля присела у коляски мужа, сжав его руку в своих ладонях. Ей давно уже следовало быть на работе, но… Сейчас гораздо более важным казалось прояснить ситуацию до конца.