Книга О нём, страница 14 – Юлия Резник

Поправив галстук, захожу вслед за Халиловым в гостиную, соединенную со столовой, в которой накрыт стол к ужину.

Динара стоит у окна, нахохлившись как воробей. Пытаюсь свыкнуться, что вот она – женщина, с которой я пойду дальше по жизни. Будущая мать моих детей. Но вместо этого ее саму вижу ребенком.

Один из последних терактов в наших краях… Переговоры, которые заканчиваются тем, что самых маленьких детей позволяют вынести. Таких трое. Два мальчика и она. Чернявенькая. В комбинезончике с забавной юбочкой. Очень серьезная. И щекастая. Ее лицо и теперь не утратило юношеской округлости. Это ее не портит. Динара очень красивая. Просто… Я уже по уши в другой женщине. И что совсем ни в какие ворота не лезет – для Динары это все не секрет. Девчонка подслушала наш разговор, и потому стоит ли удивляться, что она выглядит немного потерянной? Неужели думает, что я и с ней буду вести себя так? Наверное, мне нужно как-то с ней объясниться. Но как о таком скажешь? «Тебя я не буду трахать, нет! Будем как в средневековой Англии. Под простыней. Закрыв глаза и думая о родине, тупо исполнять супружеский долг»?

Я не питаю надежд, что кто-то другой объяснит ей все эти премудрости. Мамы у Динары нет. А подруги… Вряд ли она себе позволяла обсуждать с ними темы вроде этой.

Чтобы немного девочку успокоить, протягиваю руку. Большие глаза Динары распахиваются еще шире, когда она послушно вкладывает в мою ладонь свои пальцы. Внимание привлекает знакомый перстень. Во рту пересыхает… Не самого лучшего качества, да и огранки, чего уж кривить душой, изумруд. Давно устаревший дизайн. Потускневшее от времени золото… Кольцо моей мамы, которым были скреплены договоренности наших семей. Наверняка у единственной дочери Халилова куча ювелирки покурче. И то, что она надела этот перстенек, странным образом трогает.

Ловлю себя на том, что рожу-то мою совсем перекосило. Выдавливаю улыбку. Пожимаю напоследок ее тонкие пальчики и отдергиваю ладонь.

— Это тебе. Здесь получше цацки.

— Спасибо. Но мне и это колечко очень нравится. Люблю изумруды.

— Бриллианты тоже очень красивые. Примеришь?

Щеки Динары трогательно розовеют. Она оглядывается в поисках поддержки, и только теперь мы с ней понимаем, что Умар тактично оставил нас наедине. Пусть о нашей свадьбе и договорились родители двадцать лет назад, ничто современное моему тестю не чуждо. Он ведет довольно светскую жизнь. И не жестит с ограничениями, хотя, готов поспорить, у Динары на этот счет совсем другое мнение.

Поверх перстня с изумрудом надеваю кольцо с бриллиантом. То приходится впору.

— Нравится?

Кивок. Дежурный вопрос. Мне по большому счету плевать. Просто статусная побрякушка. Понты… Чтоб никто не сказал, что Муса Гатоев – скряга.

— Значит, выйдешь за меня?

— Да.

— Не сбежишь? Да не отводи взгляда, я же знаю, что хотела…

И я бы даже позволил. В конце концов, мое дело – выполнить исключительно свою часть договоренностей.

— Не сбегу, – вздергивает подбородок.

— Отца жалко? – отворачиваюсь, теряя остатки надежды выкрутиться.

— Нет. Я… теперь знаю.

— Что знаешь?

— Что это вы меня спасли.

Оборачиваюсь резко. Ловлю чуть затуманенный взгляд. Ну нет… Ну нет же, твою мать. Только влюбленной в образ героя дурочки мне и не хватало для полного счастья…