Книга Беспринципная, страница 93 – Юлия Резник

— Конечно, конечно, ты главное, потом заходи. У Седы ведь день рождения сегодня. Помнишь?

— Как такое забыть?

— Не знаю. Кажется, вы повздорили. Нет?

— Да ну! Просто каждый из нас сосредоточился на личной жизни, — отмахиваюсь я. — И да, конечно, зайду. К шести?

— Нет, сегодня по случаю сватовства пораньше собираемся. Часам к четырем заглядывай.

В четыре и прихожу, думая о том, как много изменилось за этот год.

Гостей в этом году ничуть не меньше, чем в прошлом. Здороваюсь — большинство присутствующих мне хорошо знакомо. Седа нисколько не удивляется моему приходу. Видно, тетя Ануш обмолвилась о моем приезде.

— Привет, Сед. — Обнять подругу не решаюсь, боюсь, оттолкнет. — С днем рождения. — Вручаю пакет с подарком — редким коллекционным изданием по анатомии. Она к пакету не притрагивается. Так, да? Ну, ладно.

— Присаживайся, Зоя. Сыночка с кем оставила, с бабушкой?

— Ага.

— Вот и славно. Накладывай, пока шашлык не остыл. А лучше дождись свеженького. Вон как раз Арман несет…

Наши взгляды с Арманом встречаются и отскакивают в стороны, потому что за нами коршуном следит Седка. Беру злосчастное мясо и с облегчением выдыхаю, когда разговор за столом возвращается к предстоящей свадьбе.

Поговорить с подругой удается не раньше, чем через час. И лишь потому, что я ее подкарауливаю у входа в дом. Бесцеремонно затаскиваю за руку в постирочную.

— Эй! Ты что делаешь?! — возмущается Седка.

— Это ты мне скажи! Разве можно так с отцом?!

— Тебя это не касается. Это наши дела.

— Ошибаешься. Я люблю его, а он любит меня. Именно поэтому мне не все равно, что происходит в его жизни. Вот скажи мне, неужели его отношения со мной перечеркивают все хорошее, что вас связывает?! Разве он меньше любит тебя?! За что ты с ним так?

— Как? — насупливается Седа. — Я ничего такого не делаю.

— Да ты последние соки из него выжимаешь, неужели не ясно?! Это что, Сед? Ревность к Гошке? Серьезно? Ты так конкурируешь с моим месячным сыном за внимание отца? Думаешь, он стал меньше тебя любить?

— Что за бред ты несешь?! Очень удобно обвинять меня во всех грехах, когда у самих рыльце в пушку.

— Кто-то должен тебя встряхнуть! Арман не станет из-за того, что чувствует себя виноватым…

— Ну, хоть у него есть совесть.

— У меня она тоже есть! Представляешь?! И мне очень жаль, что так вышло. Хотя нет, вру… Не жаль. И если бы ты соизволила посмотреть на брата, то поняла бы, почему мы с твоим отцом ни о чем не жалеем! Он такой замечательный, Седка…

Я начинаю плакать. К груди приливает молоко. Просачивается сквозь лифчик.

— Я просто люблю его-о.

И я не вру… Я люблю. Хотя прекрасно осознаю, что на начальном этапе наших отношений мной руководили совершенно другие чувства. Горжусь ли я этим? Нет. Не дай бог никому оказаться перед таким выбором… Поступила бы я иначе? Ни в коем случае. Потому что с моими исходными этот самый выбор был лишь иллюзией.

— Даже не мечтай, что все будет как раньше!

— Хорошо.

— Мне плевать на твоего ребенка, ясно? К нашей семье он не имеет никакого отношения.

— И тем не менее. У вас одинаковые носы.

— Не выйдет, Зой, — хмыкает Седка. — Я на это не поведусь.

— Жаль. Я бы хотела, чтобы вы с Гошей роднились.

— Это будет предательством по отношению к маме.

— Ей необязательно говорить…