Книга Как во сне, страница 13 – Юлия Резник

Выждав несколько секунд, Калоев припечатал:

— Я бы попросил тебя этого не делать.

— Ч-что?

— Шансы забеременеть в первый раз невелики. А у таблеток экстренной контрацепции довольно серьезные побочки, – терпеливо объяснил мне Эльбрус, растирая переносицу пальцами. – Не стоит подвергать свое женское здоровье рискам.

Он, наверное, знал, о чем говорил. Учитывая их с Риммой бездетность и прочее, неудивительно, что Калоев с опаской относился к возможным рискам. Одно непонятно…

— И все-таки шансы забеременеть у меня есть.

— В таком случае ты сможешь полностью на меня рассчитывать.

Под его давящим расчленяющим мой мозг на атомы взглядом я медленно сглотнула. Смущенно потупившись, потерла правую щиколотку пальцами левой ноги.

— Мы ведь сейчас не аборт обсуждаем, да? – промямлила.

— Ты все понимаешь правильно. Никаких абортов, Уля. Я серьезно.

Час от часу не легче. Господи, как же я устала!

— Уля, посмотри на меня! Пообещай, что ты ничего такого не сделаешь.

— Я не могу ничего тебе обещать! – истерично воскликнула я. – Господи… Как ты понимаешь, меньше всего на свете я хотела бы родить от женатого босса. Это даже звучит пошло.

Калоев кивнул, вроде как принимая мои аргументы. И тут же, сам себе противореча, заметил тихо:

— Мне очень жаль, но я не в силах изменить произошедшее. По факту я даже не имею права просить тебя оставить ребенка… Но я прошу.

Могу только догадываться, насколько это болезненный вопрос для человека, у которого долго не получалось продолжить род. Не пойму только, в какой момент это стало моей проблемой! А-а-а-а. Скорее бы он ушел. Я бы прорыдалась, глядишь, и полегчало бы.

— Ладно. О чем мы? Сам же говоришь, что шансов практически нет. Пей кофе, и можно уже я… побуду одна?

— Я уйду, если ты пообещаешь не делать глупостей.

— Серьезно? По-твоему, мы выполнили еще не всю программу?

Юмор даже в такой сложной ситуации действовал безотказно. Калоев хмыкнул. Ну а что нам оставалось? Только смеяться в лицо судьбе.

— Ты удивительная, Уля.

Он ушел, а у меня в ушах звенело это «удивительная». Вот я и дождалась своего комплимента, блин. Всхлипнула сквозь слезы. Вытерла ладонями лицо. Зачем-то коснулась живота. Ниже пупка, там, где маловероятно, но все же во мне уже могла зарождаться жизнь.

А-а-а-а! Мы переспали с Калоевым!

И это плохо. Просто ужасно, мамочки. Хуже разве лишь то, что до того, как он втиснул в меня свою дубину, происходящее мне успело даже понравиться.

Истерично хохотнув, я осела на диван. Натянула на голову плед, обняла подушку и… едва не захлебнулась ядреным ароматом Эльбруса. Отшатнулась. Растерла лоб. И со стоном уткнулась в подушку снова. Он что, всегда так пах? Так… Совершенно особенно, крепко, дурманяще? А я не замечала?

Пять баллов, Уля. Давай еще в него втрескайся.

Ну уж нет. Зачем мне эти сложности?

Черте что! Вся жизнь перевернулась из-за одной нелепой ошибки. Да если бы я знала… То что? Оставила бы его в том состоянии, что он был, одного? Нет. Я бы не смогла. И какой вообще смысл думать о том, что могло бы быть, но не случилось? Не лучше ли сосредоточиться на фактах?

А по фактам… По фактам у нас полный швах.

Может, все-таки выпить этот… как его? Постинор. Так точно будет спокойнее.

Открыв Гугл, я решила посмотреть, о каких побочках упомянул Эльбрус. Прочитала и закрыла окно. Нет, на фиг. Это действительно какая-то лютая дрянь.