Книга Чертов Либман-Сакс, страница 28 – Юлия Резник

— Например? — фыркнула Даша, перевела взгляд на Ставра, и уже у него поинтересовалась — Она вообще с этой планеты?!

Любовь не знала, что ее покоробило больше. Небрежный кивок головы в ее сторону, или сами слова… Или то, что в них присутствовала доля истины, ведь Люба действительно была далека от жизни простых людей, и отдавала себе в этом отчет.

— С этой, Даша, с этой.

— Не заметно. Ты несешь всякий бред.

— Почему же?

— Потому что! Я — детдомовка. О каких способах ты говоришь?!

— Для того, чтобы преуспеть, нужно хорошо учиться, или пойти работать…

— Да ну? Ты сама-то работала? Ну, так… хоть один день?

— Конечно, — пожала плечами Люба. — Я была президентом известного кинофестиваля… — Речь Любы прервал громкий, заливистый смех…

— Президент… ик… кинофестиваля? Тетя, ты точно с Луны. Ты уверена, что это работа? Не… ик… сталевар там, или уборщица, врач, на худой конец… Президент кинофестиваля… — хохотала она.

Люба смутилась. Сжалась вся. Да, возможно, в глазах девочки ее работа работой и не выглядела… Но это была именно работа! С которой, кстати сказать, Любовь отлично справлялась. И очень расстроилась, когда ей пришлось оставить ту из-за болезни.

— Достаточно, Даша. — Голос Ставра похолодел еще на пару градусов.

— Нет, ты слышал? Президент кинофестиваля! Я не могу…

— Значит, моя карьера тебя не впечатлила? Лучше воровать, да? Трахаться за подачку? — Возможно, грязная игра, скорее, так оно и есть, но разве Даша Иванова понимала другой подход?! Ее проняло. Глаза сузились, крылья курносого конопатого носа затрепетали.

— Кем мне работать? Меня в президенты кинофестиваля не возьмут, знаешь ли… Мне тринадцать, трудовой кодекс запрещает!

Люба переняла манеру поведения девчонки, повернулась к Ставру, и с деланым изумлением протянула:

— Ну, ты представляешь, какое у нас суровое законодательство! Работать не разрешает, а воровать и трахаться — пожалуйста!

— Слышь, ты, президент кинофестиваля… — воинственно начала Даша, но Люба ее перебила:

— Нам горничная нужна! Ставр третий день не может найти специалиста. Пойдешь к нам на работу? Или и дальше будешь свою жизнь спускать в унитаз?

Даша Иванова настолько опешила, что напрочь растеряла всю свою надменность. И охранник, Макс, тоже ошалел, недаром выпустил руку девчонки. Люба повернулась в объятьях любимого, заглянула в его глаза. Реакцию мужчины угадать было сложно, но вряд ли и ему понравилось ее предложение. Однако Ставр молчал, и со словами Любы не спорил, за что она была ему очень благодарна.

— Так как, Даша Иванова? Пойдешь работать?

— Уборщицей? — скривилась девчонка.

— Каждый труд у нас в почете.

— Ну, надо же, как запел президент кинофестиваля! А что ж ты сама не пошла в обслугу?

— Уж точно не потому, что слабо.

— Да ну?

— Ну да. Так как?

— А может и пойду! Сразу после тебя!

— То есть? — удивилась Люба.

— Вот, если ты за тряпку возьмешься, так и я сразу! Знаешь ли, детишкам нужно пример подавать.

— Договорились, — пожала плечами Люба. Хватка Ставра на талии стала просто стальной. Он явно не одобрял ее решения. Чтобы успокоить мужчину, Люба накрыла его руку своей ладонью и нежно погладила большим пальцем. Захват немного ослаб.

— Ты шутишь, правда? — подозрительно поинтересовалась Даша.

— Нисколько. Я как раз размышляла над тем, чем бы заняться. А, как всем известно, труд горничной ничем не хуже любого другого. А ты, что, уже на попятный решила пойти?