Онлайн книга «Мой папа - Дед Мороз»
|
Когда ты – детский онколог, душа черствеет довольно быстро, словно покрывается панцирем… Эмоции отсекаются, остается лишь острое желание помочь. Сделать все, от тебя зависящее! Вывернуться наизнанку. Но в борьбе с такой страшной болезнью, как рак, несмотря на все старания и отдачу, победить удавалось далеко не всегда. Пациентов Нади иногда отбирала смерть, это было неизбежно, и она старалась не зацикливаться на их уходе. Но порой…. Вот как с Васькой… отстраняться не получалось, и тогда душа рвалась в клочья. Ей хотелось выть и кричать. А вместо этого, собирая волю в кулак, заталкивая вглубь себя готовые пролиться слезы, она выходила к родителям и, глядя прямо в их переполненные страхом глаза, говорила: «Мне очень жаль. Мы сделали все, что смогли». Кто-то понимал. Кто-то проклинал… Всякое случалось. Мать Васьки рыдала у нее на плече и за что-то благодарила. И от этого становилось еще больней… Было тридцать первое декабря. Зашедшая на смену бригада потихоньку накрывала стол в ординаторской. О горячительном, конечно же, даже речи не шло, но видя состояние Нади, коллеги накапали ей чистого спирта. — Ну-ка, давай, Надежда Леонидовна. Анестезия, - сказал Сан Саныч - самый опытный медбрат в их бригаде. Вот тогда-то она и надралась. А вот когда все забыла? Вопрос... Последнее, что она помнила, это размытую фигуру Деда Мороза. Большущую такую фигуру. =2= — Вот тут сворачивай, еще немного осталось. Через лесок! – прервала воспоминания Нади попутчица. Надя моргнула, пытаясь вспомнить, с чего Нелька вообще за ней увязалась, но не смогла. То ли машина у неё обломалась, то ли что-то еще… За городом дорога была ничуть не хуже, чем в нем самом. Хозяева пансионата явно не пожалели денег. Да и место выбрали - что надо. По уму. Надя крутила головой, разглядывая окрестности. Запорошенные искрящимся снегом деревья, раскидистые ели, в макушках которых застряла яркая желтая луна. Проехав еще с километр, они, наконец, увидели и сам пансионат, представляющий из себя россыпь небольших, будто пряничных, затерявшихся между сосен домиков, красиво украшенных сверкающими гирляндами. — Это шале, а мы будем жить вон там. Видишь? – длинный палец Нелли метнулся в сторону, указывая на высокое здание, расположенное чуть в стороне. — Мама… - послышался тоненький голосок. Надя обернулась. — А вот и наш Эльф! Как спалось? — Мама… - повторил ребенок, дергая ремень безопасности. — Сейчас-сейчас! Я тебя освобожу. — Ну, ты, конечно, оригиналка! – рассмеялась Нелли, выбираясь из машины. — Это почему же? — Назвать сына Эльф! Да его же засмеют, Надька! Надя поморщилась. Почему-то некоторые люди считали своим долгом высказаться даже тогда, когда их мнением не интересовались. — Эльф – это не имя, это прозвище. Да, сынок? Ну-ка, давай одеваться, на улице холодно! — Ну, хоть прозвище! Уже лучше. Слушай, да ведь он, и правда, на Эльфа похож! Какой прелестный малыш… Надя подхватила сына на руки и первой пошла к входу. Нелли семенила следом на шпильках. Отовсюду слышались смех и рождественские гимны в шикарном исполнении Френка Синатры. Надя не стала развенчивать выводы спутницы. Хотя сына она прозвала Эльфом вовсе не из-за его ангельской внешности. Просто с его отцом – Дедом Морозом, у Нади ассоциировались лишь олени да новогодние эльфы. Оленем собственного ребенка она прозвать не могла, а вот прозвище Эльф как-то быстро приклеилось. |