Книга Сердце бьется, страница 22 – Юлия Резник

— Спасибо, – пробормотала она, запив лекарство. Вытерла пальцами губы, а пальцы – по глупой детской привычке – о платье.

— Посмотри на меня… Я не кусаюсь.

— Мне домой надо. У тебя, наверное, планы есть и…

— Нет у меня никаких планов. И если ты не торопишься, то мы могли бы провести этот день вместе. А дальше… решим.

«Решим что?» – хотела спросить Алиса. Она действительно совершенно искренне не понимала, что здесь решать. У нее складывалось странное ощущение, что все уже решено. Прямо сейчас… уже… все… решено! Он все решил. Но ведь так не бывает?

— У меня нет планов. Я свободна часов до четырех.

— А потом?

— Не знаю. Заскочу к Лизке. А вечером, скорее всего, сходим с мамой поужинать. Наверное, у нее начался очередной период самобичевания.

— Самобичевания? – переспросил Белый, подходя к холодильнику.

— Угу. Ну, знаешь, порой ей кажется, что она уделяет мне недостаточно внимания. И тогда она начинает всеми силами восполнять этот дефицит. Таскать меня по музеям, театрам и ресторанам, – выпалила Алиса, прежде чем начала сомневаться в том, что ему это все интересно.

— Понятно, – кивнул Руслан и снова нырнул в холодильник.

— Хм… А что ты делаешь?

— Провожу ревизию. Как думаешь, то мясо, что мы купили, еще живое?

Белый достал поддон с нарезанными стейками и осторожно понюхал.

— Мужчины, – закатила глаза Алиса, отбирая у Руслана мясо. Война войной, а обед по расписанию! Улыбнулась. С непонятно откуда взявшейся уверенностью вскрыла упаковку и сунула стейки под воду, чтобы обмыть. Алиса почти закончила, когда по обе стороны от неё на мраморную столешницу легли красивые мужские руки, а спины, попки и ног коснулось крепкое тело.

— Ч-что ты…. – начала она, сама не понимая, что хочет сказать или спросить. – У меня руки грязные, – добавила прерывающимся шепотом.

— Ничего…

Руслан сместил ладони, обхватил ее бока, проехался вверх и сжал в чашах груди. Перекатил между пальцев моментально сжавшиеся соски. Толкнулся в ее спину стояком и… выругавшись, отошел. Окончательно сбивая Алису с толку.

— Что-то не так? – пролепетала она.

— Ничего. Кроме того, что мне стоит немного притормозить.

Руслан криво улыбнулся и поставил перед ней большую белую тарелку. Как ни в чем не бывало, потянулся за рулоном бумажных полотенец, но на полпути остановился.

— Что? Почему ты так смотришь?

— Ничего…

Алиса кинула на тарелку мясо, резким движением оторвала бумагу и принялась с остервенением обтирать стейк от лишней влаги.

— Ты выглядишь ужасно сердитой, – констатировал Белый и, коснувшись подбородка Алисы пальцами заставил ту посмотреть на себя. Его лицо при этом было предельно серьезным, но Алиса была готова поклясться, что он с трудом сдерживает смех. И по правде, это еще больше ее разозлило. Так что еще чуть-чуть, и искры из глаз посыпались бы. – Давай. Рассказывай…

— Что именно?

— Что привело тебя в такую ярость?

— Ну, не знаю… – фыркнула Алиса. – Может быть, то, что ты стал вести себя со мной, как с инвалидом? Очень предсказуемо, кстати.

Алиса осмотрелась по сторонам. Схватила разделочную доску, молоточек, чтобы чуть отбить мясо, но была вынуждена прерваться, потому что Рус снова ее коснулся.

— С чего ты пришла к таким выводам?

— Разве непонятно? У тебя… – взгляд Алисы метнулся вниз и нерешительно вновь поднялся к его глазам. Нежная кожа порозовела.