Книга (не) желанная жена офицера Басманова, страница 9 – Анна Арно

Мама видимо наконец распознает в моих словах оскорбление ее методам воспитания, и, не найдясь что ответить снова бросается на меня с ремнем.

Успеваю сделать пару шагов назад. Но в итоге путаюсь в собственных ногах, и едва не лечу к ногам своей карательницы.

Однако между нами вдруг вырастает Бес и весьма ловко подхватывает меня за талию, не позволяя упасть. А тот самый ремень, которым я предложила свекрови лупить своих сыночков, с хлестким ударом опускается на его плечо…

Ого.

Как быстро, однако, сбываются мечты...

— А ты оказывается мало того, что разбойница, так еще и язва? — усмехается Бесо, даже не дернувшись от удара ремнем. Разве что сильнее стискивает мою талию своей огромной ручищей, вынуждая меня как-то неловко скрипнуть.

Концентрирует взгляд на моих губах, видимо пытаясь распознать звук, что я издала. Но его тут же отвлекает мама, своим виноватым причитанием:

— Ой! Бесик! Сынок! Я же… я не хотела! — в ужасе сокрушается она.

— Если не хотела, то зачем вообще ремень взяла? — он бросает взгляд через плечо в ее сторону, но меня не отпускает, будто прикрывает так. — Кто тебе разрешение давал лупить девчонку? Она тебе даже не родственница еще! И может никогда ей не станет! Вот возьмет и в полицию на тебя заявит?

— Да кто ж за такое станет… — она пытается мой взгляд поймать. — Мария! Ты это не смей! Я же тебя…

— А ты не смей на нее давить, мама, — жестко отрезает Бесо. — И руку больше поднимать. Узнаю, сам в полицию пойду. Нынче и не за такое сажают, уж не в средневековье живем.

Вау.

Это точно говорит Бес, которого я знаю? Да ему же на всех плевать обычно. А тут как подменили.

Может у него случилось чего? Он ведь прямо с полей к нам в отпуск примчался.

Хотя он последнее время вообще частенько стал наведываться к родителям. Раньше ведь даже в отпуск к ним не ехал, мама жаловалась как-то раз, мол хорошо если раз в год заглянет на пару дней. А вот последние месяца прямо зачастил.

Может заболел? Что-то серьезное?

Иначе чего его в родительский дом так потянуло?

Почему-то у меня от этой мысли тревожность повышается. А взгляд мой беспокойно мечется по его вечно суровому лицу. Хочется прямо спросить, но подозреваю при матери он не ответит честно.

Ведь если правда с ним что-то не так, то он не захочет беспокоить родителей.

В отличие от Бори. Тот — сынок маменькин, чтоб его. Вроде мужик взрослый, а как барышня кисейная. По любому чиху маменьке своей звонит. Как его вообще в армию взяли, не пойму.

Мои ядовитые мысли прерывает хлопок двери и мамин всхлип:

— Борюшка!

Помяни черта.

Аж глаза закатываю, когда мама тут же бросается к нему:

— Сынок, что с тобой случилось? Кто тебя так? Эта девка невоспитанная?

— Нет, мам, это Бес будто с цепи сорвался, — ожидаемо жалуется мамочке ублюдок. — Представляешь, кажись нос мне сломал.

— Спасибо ему скажи! — шиплю я, аж на цыпочки привставая, чтобы выглянуть на этого козла из-за широченного плеча Беса. — Если бы он тебе нос не сломал, то невоспитанная девка тебя бы вообще убила!

— Мария! — одергивает меня мама. — В моей семье с мужчинами так не разговаривают!

— А где вы там нашли мужчину, мама? Кобель обыкновенный. Пес ебливый! Да чтоб тебя черти драли…

— Ах ты паршивка! — взывает мама из-за моей невиданной дерзости. — Ну держись! Я сейчас тебе рот с мылом вымою!