Книга Падший ангел. Явление Асмодея, страница 149 – Хьюго Борх

Он вопросительно посмотрел и по его жесту она поняла: «Никому не говори ничего. Люди все истолкуют иначе».

— Я боюсь быть утопленницей… – она резко остановилась и поставила на него свои удивленные глаза. Но он сосредоточенно смотрел в сторону. Она оглянулась – в пяти шагах от них замер зверь. Без движения и без готовности к прыжку – волк замер, будто заснул с открытыми глазами и застывшим оскалом, и не вздыбилась его шерсть на холке, и был опущен хвост.

Священник подошел к нему, потрепал его как старого знакомого между навостренных ушей, и дальше, волк и человек вдруг разошлись в разные стороны.

Они прошли ручей, Кристина выбросила в воду свой амулет и брызгалась как ребенок. Он жмурился, то ли от брызг, то ли от солнца. Она уже кружилась вокруг него, и уже не кружилась, а убегала в лес… И кричала что-то о волосах.

Пришли к чернеющему из земли колодцу. Опершись ладонями о верхнее бревно, Кристина рассматривала свое отражение на зеркале застоявшейся воды. Она потянулась к мелкой зелени, густо поросшей внутри, и гладила ковровую траву, как встречая с пастбища, гладят любимую корову…

Но не худшее из блаженств этой ночи блаженство сна наступило в доме, когда они согрелись, напившись меда и липового отвара, забрались под шерстяные одеяла и уснули как младенцы.

Они совсем забыли про маленькую Инессу. Полоумная девочка нарядилась во все белое и безмолвно бродила по комнатам, раскачивая своим маленьким горбиком, пока не потеряла равновесие, и не стала парить под потолком.

Кристина проснулась и увидела цветы вокруг и на постели. Она была укрыта цветками как покрывалом. «Он перенес меня в сад», – подумалось ей. Но оказалось, когда она увидела над собой потолок – он принес ей частицу сада.

Она выбралась осторожно из-под одеяла и подняла листок, сложенный пополам. На одной его стороне рукой священника была начертана Молитва к Пресвятой Богородице, а на другой – он обращался к Кристине в письме:

«Ты приходила ко мне по ночам, когда я корчился от невыносимых мук, чтобы разделить со мной мое страдание. Я выжил благодаря тебе. И в тебе я увидел смысл моей дальнейшей жизни на земле. Ты спасла меня, но я не хочу обременять тебя. Ты вольна делать все, что хочешь. Еще раз обращаюсь к тебе – соберись с силами, тебе лучше укрыться в надежном месте. Сюда могут явиться слуги Инквизитора. В любом случае мы не будем делить одну постель, если хочешь, чтобы я был рядом. Я люблю тебя, но для того, чтобы любить цветок совсем не обязательно мять его в руках. Не осуждай меня. Разве цветы принесут тебе меньше тепла?

P.S. Напиши свое согласие и я соберу тебя в дорогу».

Прочтя еще раз, она улыбнулась, укрыла его, но он притворно заморгал. Кристина с радостным визгом набросилась на него, села ему на живот и стала щипать ему лицо и шею своими цепкими пальчиками. Он пытался увернуться – это смешило и раззадоривало ее еще больше. Голенькая. Она носилась по комнате, бросаясь всякими вещами, пока он не схватил ее и не утопил в цветочной постели.

Они запыхались совсем. Священник прикрыл рот платком. Предчувствуя приступ кашля.

— Ты себя напрасно мучаешь. Я сама себя совратила. Хочешь, я расскажу тебе притчу о святом Франциске? Я когда-то услышала ее от одного священника. Его зовут отец Марк.