Онлайн книга «Слуга Пиковой дамы»
|
Он посмотрел на следователя с робкой надеждой. Глава 18 Его ищут. Они идут по его следу. Что-то очень здорово пошло не так. Его план провалился. Наверное… На самом деле он дошел до того, что практически перестал понимать собственные мысли. Смысл слов. Или у него их просто не осталось. Пиковая Дама забрала все. Он помнил лишь ощущение ее леденящего присутствия, ее запах, слышал звук ее дыхания. И ощущал страх. Постоянный, сводящий с ума страх. Но что-то еще осталось в нем. Живое. Он смутно помнил, что с кем-то говорил по телефону. Следственный комитет. Нечто такое… Вызывающее опаску. Кажется, ему удалось говорить нормально, естественно. Ему велели куда-то приехать. Из-за Милки… Он не очень помнил, кто это. Хотя нет… Смутно все же осознавал. Когда-то она была ему нужна, эта женщина. Лица, фигуры, ее тела он уже не мог вспомнить. Осталась только какая-то зацепка в мозгу. Это связано с его целью. Милка была нужна для дела. Она была ключом. К чему-то. К новой жизни. И сейчас именно тот факт, что Милка находится в этом следственном комитете, угрожал его планам. Потому что она может назвать там его имя! Это плохо. Он не испугался, не занервничал. Не помнил, как это сделать. Но холодное существо за его плечом отдало приказ. И он повиновался. Сбежал, спрятался. Как-то сообразил, где можно затаиться. И только здесь, в тишине, в темноте незнакомой квартиры, пришло озарение. Никто его не поймает. Никто и ничего ему не сделает. Потому что Милка умрет! Она – нить, что связывает его с целью. И она уже обещана Даме. Мир резко полыхнул алым, в груди привычно кольнуло холодом. Рядом раздался очередной злорадный смешок. И… Он чуть не расплакался от облегчения. Мир обрел привычные краски, запахи и шумы. Пиковая Дама ушла за очередной обещанной жертвой. Он остался один! Несколько часов счастья, пока она забирает свою плату. Несколько часов собственной жизни. Ощущение своего тела, звук собственного дыхания, тепло… И вернувшиеся воспоминания. А с ними четкое понимание, как он близок к цели. И еще он наконец-то осознал, что достоин той, другой жизни. Свободы. Уверенности в себе. Он смог, он почти прошел до конца весь этот путь. Перед мысленным взором тут же появилась картинка. Экран его ноутбука и текст той самой курсовой. И тогда еще слабый отблеск будущего плана. Надежда. Спасение. А потом часы, дни, недели, пока он составлял и продумывал все до мелочей. Вспышки гнева на себя, страх и неуверенность, отчаяние, что не сможет, что-то напутает, не решится. И все же… Зеркала в гостиной Витькиного дома. Запах воска. Ночь за окном. Спящая наверху Милка и его сын. Ожидание. Обряд… Он чуть нахмурился, как-то болезненно. Нет, не все пошло так, как он мечтал. Было страшно. Очень. Так, что хотелось забиться в угол и плакать, свернувшись калачиком, как ребенок. Просто ныть, жалко и жалобно. А еще – было так завораживающе чудно, странно, видеть отражение собственного страха на лице отца Витьки. Когда тот вошел в дом, остановился посреди гостиной. Глянул в зеркало и… встретился с ней взглядом. А ведь ему самому ни разу не пришлось заглянуть Даме в лицо. И хорошо! И слава богу! Перед глазами до сих пор стоит воспоминание о том, как тогда побледнел Витькин отец. Как пошатнулся, как вдруг заметался по комнате, замахал руками, отгоняя кого-то или что-то, видимое ему одному. Дядя Коля так трясся, что даже не заметил, как Дама подплыла ближе. Очень близко. Вплотную. Наверное, даже к нему она так не приближается. Держится рядом, стоит за его плечом, но… |