Книга Вехоть, страница 7 – Хьюго Борх

Мы решили по-доброму попросить духа уйти.

Начали разговаривать с ним. Конечно, молиться за него, сказать мы не могли. Следовало убедить его, что его ждут в другом мире и что там он будет в безопасности. Смешно выглядело днем. Но ночами мы не смеялись.

Сделали генеральную уборку. Выкинули старье всякое. Одежду старую отнесли в храм, целых два мешка. Очищали дом, как могли. Зажигали белые свечи. Жгли благовония с лавандой. Брали пучок шалфея и ходили по всем углам, вращая пучок по часовой стрелке. Дыма напустили, что закашлялись. Неделю запах стоял. Пришлось дезодорантами еще освежать.

Мама почему-то отказывалась от священника, чтобы он освятил помещение.

Я договорилась без нее. Позвала батюшку пока она была на работе.

Он пришел. Такой ответственный, неопределенного возраста. Молитвы читал, кадилом махал, святой водой окроплял. А уходил, позвал меня на лестничную площадку и сказал, что в доме есть что-то потустороннее. Надо поискать, может предмет какой завалялся. Для меня эта новость, как обухом по голове.

Открыла шкаф, а там запах дыма, но не такой как был от шалфея… Залезла в мамины вещи, и нашла аккуратно сложенное старое широкое белое платье с окантовкой в кружевах, как я видела ночью на ведьме. Я глазам своим не поверила. Взялась щупать ткань. Рядом, на клочке старой газеты, сложенном вдвое, корявым почерком было написано: «Не приводи дух во гнев».

В тот вечер я сильно задержалась, – кафе, новая работа.

Подруга позвала к себе, и я, чтобы не висеть на шее у матери, рванула в маленький городок, недалеко от приграничной зоны с Латвией, и устроилась официанткой, – только на лето, но к коллективу новому надо притираться, не все просто во взаимоотношениях. Иногда они перегибают палку, когда просят приходить раньше, а уходить позже.

В тот вечер последние посетители задержались, а время было за полночь. Пришлось одной возвращаться домой по темным переулкам. Плюс был только в том, что бармен Сергей снабдил меня продуктами, и мой рюкзачок потяжелел килограммов на 5–6.

От набегавшего ветерка было прохладно. Ведь я была в джинсах и футболке.

Улица была завораживающе пустынна. Сначала мне показалось: ничего страшного, кругом фонари; но почему тогда меня охватило какое-то оцепенение. Вроде бы в кроссовках, под тенью кленов и каштанов можно вполне пройти незаметной.

Пустота пугала. Но всего-то два квартала, и там между двумя высотками во двор, к пятому подъезду, квартире 50. Блин, помню читала, у Булгакова была «нехорошая квартира» тоже № 50. Но с моей малометражкой все в порядке.

Безлюдная аллея низких клёнов действительно была похожа на тёмный коридор с проблесками желтого света одиночек фонарей. На каждом клене будто сидело существо.

В какой-то момент, в одном таком проблеске я различила силуэт человека, – колени сразу ослабели, – сократила шаг.

Человек стоял не у дороги, а прямо посреди тротуара. И не похоже, что пьяный. И что-то в нем было такое неестественное: да, он будто низко опустил голову.

«Говорил же Сергей: возьми такси, в аллее часто видят призраков, вот и в прошлую субботу, в день, когда была годовщина зверского убийства двух девушек, ночью люди видели как будто двух девушек в белых простынях», – я сжала губы, сожалея, что не послушала совет.