Книга Ген ненависти, страница 30 – Джейн Коуи

Би остановилась наверху лестницы и развернулась лицом к сестре.

— Ты себя слышишь? Ты рассуждаешь о лечении детей, которые не больны, а история говорит нам, что такое никогда ничем хорошим не заканчивалось.

— Это вовсе не так. Ну пожалуйста, подумай сама. Этим мальчикам можно оказать помощь, а это значит, что нет причин не проверить Саймона.

— Антония! – Би произнесла это так, как когда они были маленькими и Антония пересекала какую-то невидимую черту.

Больше Би ничего не говорила. Ей не пришлось. Для Антонии предупреждение прозвучало громко и отчетливо. Когда Би исчезла в одной из спален, Антония оставила сестру наедине с ее делами. Нужно было подобрать более подходящее время, чтобы вновь вступить в бой.

На тот момент она решила отправиться на поиски мальчиков. Дети, как оказалось, баловались в игровой комнате в задней части дома. У Саймона была коробка лего, и он увлеченно собирал что-то вроде автомобиля или робота. Ребенок был в выцветшей футболке и нуждался в стрижке, выглядя очень бедно по сравнению со своим кузеном Джеком в его новых джинсах и маленьких кожаных ботинках.

Антония устроилась на диване, тихо кипя от злости. Хотя ее взгляд был привычно прикован к сыну, вместо этого она заставила себя сосредоточиться на Саймоне, наблюдая, как он с шумом перебирает конструктор. Джек сидел рядом с ним, хватал детали наугад и предлагал их ему. Ей нравилось смотреть, как они играют вместе. Их связь была очевидна даже в столь раннем возрасте.

Маловероятно, что у Джека будет родной брат или сестра. Она не была уверена, что сможет пройти через все это еще раз. Саймон был самым близким человеком, который когда-либо будет у Джека, и она отчаянно хотела защитить их отношения, дать им возможность развиваться. Саймону тоже было бы хорошо проводить время с таким мальчиком, как Джек.

Если бы она только знала, каким на самом деле был Саймон. Но если Би что-то решила, она становилась непоколебима. Антония до сих пор помнила, как сестра всю зиму отказывалась носить шапку. Она сказала, что ей не нравится покалывание шерсти, что голова чешется и что ей в таком случае лучше замерзнуть. Это довело Антонию до отчаяния. Ситуация с тестом была похожей.

Очевидным решением было разорвать отношения с сестрой. У нее было много других друзей, да и у Джека не было недостатка в товарищах по играм. Но у него была особая связь с Саймоном, и Антония не знала, сможет ли лишить его этого.

Она любила Би.

Но в то же время иногда ненавидела ее.

Саймон

Сейчас

Лицо Саймона болело. Ему было трудно заснуть, потому что каждый раз, меняя положение, он прижимался синяком к подушке и просыпался от боли, ворочаясь потом еще несколько секунд, которые нужны были его мозгу, чтобы вспомнить, что он был в доме Джека, а не в сыром трейлере, в котором спал последние четыре месяца.

Он посмотрел на часы у края кровати. Пять утра. Мог бы и встать. Его мозг все равно не позволял ему снова заснуть. Он пошел в ванную и плеснул себе в лицо холодной водой, затем надел шорты с футболкой и спустился вниз в поисках еды.

Саймон испытывал странные ощущения, вернувшись в этот дом. Прошлый вечер тоже показался ему странным. Он сидел на неловком семейном ужине, где все были вынуждены слушать болтовню Антонии. При этом никто ничего не сказал о синяках на его лице. У Саймона сложилось впечатление, что все очень старались о них не говорить. Тем лучше для него.