Книга Сцены из жизни дознавателя Шишкина, страница 35 – Михаил Востриков

Но пока Павел был жив, он разом получал в виде коллектива рыцарей Мальтийского Ордена совсем другое, новое окружение. С надёжной и проверенной временем идеологической основой для всех своих доморощенных идей. Настоящей программой! Доктриной!

Только и оставалось российскому дворянству обалдевать от всего этого: Крестовый поход против революционной Франции… Образование Мальтийской губернии… Совместная кампания с Наполеоном против Великобритании в Индии… и многое другое, не менее экзотическое.

«Ну да и чёрт с ним, с этим российским дворянством! Оно будет делать то, что я ему прикажу, предварительно посоветовавшись с Орденом» — видимо так думал Павел.

И вот за всё это, за лояльное лично к нему и к его идеям окружение, за эту идеологию, Павел I и пошёл на союз с Орденом. Ну и конечно же за деньги! Но о них позже.

Секретный протокол

(Среди весьма многая и прочая пункты)

— Фактическое управление русским приоратом Мальтийского Ордена возлагалось на Великого Приора — французского принца Луи-Жозефа Конде (Т. е. Павел не собирался корпеть над орденской текучкой).

— Мальтийский Орден передавал Российской Короне оставшиеся у него великие христианские реликвии. При этом магические артефакты (серебряный ларец!) передавались секретно и лично в руки самому Павлу.

— Мальтийский Орден, кроме Воронцовского дворца в Санкт-Петербурге, получал в пользование специально для него построенный Приоратский дворец в Гатчине для организации в нём своей резиденции и женского иоаннитского монастыря с госпиталем по типу иерусалимского.

И главное…

— Мальтийский Орден секретно и под особые обоюдные гарантии передавал под опеку Российской Короны уже обретенную им «Мать Мира» — Изабель Гаскони, и её родного брата — Барталомео Гаскони, «живущих вечно, никогда не болеющих и не старящихся».

И началось…

* * *

Лазарев пододвинул к Валере тонкую папку.

— Это чтобы вы поняли, с чем мы имеем дело.

Валера открыл папку и увидел копию старого документа с витиеватым почерком и гербовой печатью.

— Конвенция 1797 года об учреждении Российского Великого Приорства Мальтийского Ордена, — пояснил Лазарев. — Тридцать семь пунктов. Плюс восемь секретных дополнений.

— И что в них такого?

— А вот это, — Лазарев ткнул пальцем в строчку. — Передача под опеку Российской Короны «Матери Мира» и её брата. Звучит как сказка, да?

Валера вдруг вспомнил бумаги Танцора с мальтийскими крестами.

— Погодите… В тех бумагах, что я нашёл в комнате Танцора, было что-то про «Матерь следующего тысячелетия», которая «обусловит будущие события», и её брата. Я тогда подумал, что это чушь.

— А это не чушь, — спокойно сказал Лазарев. — Это пересказ того самого пункта. Только написан он не как юридический документ, а как пророчество.

Валера провёл ладонью по странице.

— Значит, всё это тянется с восемнадцатого века?

— Да. И тянется до сих пор. Поэтому нам нужны не просто факты, Валерий Александрович. Нам нужно понять, кто сейчас стоит за этой линией. Кто считает себя наследником этой «сильной руки».

Конвенция

Сама Конвенция была подписана 4 января 1797 года:

«Его Величество Император Всероссийский, последуя своему правосудию и во изъявление приязни и Высочайшего Своего благоволения к знаменитому Мальтийскому Ордену, признает за благо, подтверждает и ратификует за Себя и Преемников Своих на вечные времена, во всем пространстве и торжественнейшим образом заведение помянутого Ордена в Своих владениях».