Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 5 – Татьяна Карсакова

— Что-то новенькое, — Маша приподнимает брови и уголки губ. Шутка или сарказм. — Может, мне многодетной мамой сделаться?

— Не наглей, — щекотка в животе. Мне смешно.

— Да уж тебя не перещеголяю, — Маня хмурится. Сейчас начнёт воспитывать. Пофиг. Она всегда так делает. Но послушаю, иногда говорит что-то стоящее.

— Тёмочка, зайка, — смотрит мне в глаза. Заискивает. Знаем. — Девочка молоденькая, напуганная. Пожалуйста, посиди с ней, пока быстренько всё раскроем!

— Ты в декрет собиралась, — снова зуд в груди. Понял. Меня бесит то, что Маньке не дают нормально родить. Ей уже через три дня надо быть в роддоме. — Я переживаю.

— Не переживай, — разворачивается, волосы хлещут по спине. Движения резче и легче одновременно. Маша включила профессионала. Надо проесть макушку её Волкову, чтобы следил за женой. Маня безумная. Почти такая же, как я. Мне можно — ей нет. Или можно, но только со мной. Я точно смогу защитить, остальные — не факт.

— Смотри, — зрачки Маши расширяются, к лицу приливает кровь, улыбка растягивает губы. Ей интересно. — Дело какое запутанное. Юля. Двадцать лет. Учится на втором курсе госинститута. СММ-специалист. Живёт одна. Отец за границей, у него другая семья, ему не до малышки. Мать умерла, когда Юленьке было семь. Жених вроде есть, но это не точно…

— Пусть жених охраняет, — приходит возможность отмазаться. — Если хлюпик — подстрахую.

— Жених отказывается охранять, — Маша смотрит терпеливо, эту эмоцию от неё знаю. Часто на меня так реагирует.

— Урод, — констатирую.

— Согласна, — Маша кивает. Губы дёргаются — злится. — Напомни мне, пожалуйста, поработать с Юлей. Вот что хочешь со мной делай — я должна поработать.

— Славик, — напоминаю Мане о будущем сыне.

— У нас папа и куча нянек, — поглаживает живот. — Если девушка выбрала урода, она и дальше будет их выбирать. Особенно после такой травмы, как сейчас. Тёма, не обсуждается.

Киваю. Допустим, пока пойдёт.

Маша рассказывает историю с самого начала, и у меня волосы на голове шевелятся. Это ужас.

— Уроды, — констатирую опять. — Позови в офис. У меня есть папка с расчленёнными трупами после таких сталкеров. Покажу.

— Я тоже злюсь и ужасаюсь поведению этих людей, — Маня подсказывает мои эмоции, и от этого приятно. Хочется сказать «спасибо», но она и так знает, что благодарен.

Становится спокойнее. Мне хорошо от того, что понимает и принимает. Так могут только мои напарники — Маша и Женька. Они же семья. Остальные стараются, но всё равно так хорошо не получается. Может, притрёмся со временем.

— Отец Юли сегодня перевёл круглую сумму за расследование, — Маша нервно ходит, она раздражена. Люблю её эмоции. Они подсказывают. — Сильно подозреваю, что для того, чтобы отстали. У него бизнес в другой стране. Новая семья.

— До отца через неё не могут пытаться добраться? — приходит идея. — Чтобы приехал сюда?

— А идея хороша, — Маня задумывается. — Я и не сообразила.

— Любимое слово «маньяк» услышала и понеслась, — снова смешно.

— Ага, «маньяк» от слова «Маня», — Маша смеётся громко, и я как будто вижу её смех. Он золотистый и как горная река.

Люблю её смешить. Да, я зависим от эмоций других людей. Мне через них понятно, что происходит. Чувствую себя живым.

— Сегодня поедешь к Юле, будешь жить с ней, — продолжает подруга.