Книга Тёмный Лотос, страница 77 – Елена Леонова

— Да чтоб тебя! – Он сел обратно в кресло. – А телефон отследили?

— Отключён. – Бойко опустился на стул, вытянув ноги. – Все контакты – липа.

— Ваш свидетель мог дать неверную информацию? – спросила Максимова.

Саблин пожал плечами.

— Надо поговорить с коллекционером ещё раз, – предложил Бойко. – Можно задержать его на сутки, пусть посидит, может, вспомнит.

— Прекрати, – Саблин поморщился. – Это ничего не даст. Если Оболенцев прикрывает Романову, то он не расколется, мы его только замкнём.

В кабинете повисла пауза. Саблин был подавлен. Опять провал.

А чего он ожидал, с другой стороны? Оболенцев даст тот самый адрес, по которому сидит и ждёт полицию Романова?

Он вздохнул.

— Продолжаем работать, – сказал следователь. – Установите слежку за Оболенцевым – вдруг Романова появится в коллекционном доме? Поставьте на прослушку его телефон.

— Сделаем, – произнёс, вставая, Бойко.

Глеб и Дина вышли из кабинета, оставляя Саблина одного.

Он сел и развернулся на стуле в сторону окна.

Настроение резко стало поганым.

На улице стемнело. Саблин погасил основной свет и сидел в кабинете при включённой настольной лампе. День выдался насыщенный и очень непростой. Он думал про Даршана. Они не были близки, но когда-то в детстве их связывала дружба. Хоть следователь и привык видеть смерть почти каждый день, но когда это касается человека, которого ты хорошо знал, от эмоций невозможно отстраниться.

Саблин курил уже третью сигарету подряд. Он становится старше, и не так просто перешагивать через себя, через свои чувства. Мог ли он предотвратить убийство? Или сделать больше, чтобы найти Романову? И тогда, возможно, Даршан был бы сейчас жив? В университете его учили не культивировать чувство вины, не стараться брать ответственность на себя. Поддавшись самобичеванию и эмоциям, можно потерять бдительность, размякнуть, стать бесполезным в расследовании, и тогда не спасти никого, будут новые жертвы. А это уже будет его вина.

Нет, не он убил Даршана, это сделала Романова. Скорбеть о друге будет потом. А сейчас у него нет выбора. Надо взять себя в руки и продолжить расследование.

Саблин затушил сигарету, схватил куртку и покинул кабинет. Через сорок минут он шёл по коридору больницы. Кондратьеву увидел в палате. Выглядела она лучше, но болезненная бледность еще не прошла.

— Добрый вечер, – сказал Саблин, стуча в дверь и заглядывая внутрь.

Женщина, сидевшая на кровати, обернулась:

— Добрый.

— Прошу прощения за беспокойство, хочу задать вам пару вопросов.

— Это правда? Про Даршана.

— Да, увы.

— И всё из-за статуэтки? – Глаза женщины были красными и воспалёнными от слёз.

— Мы полагаем, да…

— Но как Даршан с этим был связан?

— Выяснили, что его подкупили для кражи статуэтки из вашего сейфа. Вы очень вовремя её оттуда забрали.

— Но тогда почему его убили?

— Люди, которые охотятся за статуэткой, не хотели оставлять свидетелей.

— Это они перевернули мою квартиру и украли сумочку?

— Скорее всего, да.

— О нет, – Лиза потёрла руками глаза, – это я во всём виновата.

— Нет, я не думаю. – Саблин придвинул стул к кровати и сел.

— Если бы я не положила статуэтку в сейф и не рассказала ему об этом, Даршан был бы жив.

Саблин промолчал. Те же чувства испытывал он сам, от них никуда не деться, но успокаивать женщину у него нет ни сил, ни времени.