Книга Тёмный Лотос, страница 105 – Елена Леонова

Его вопрос повис в воздухе.

— Как странно, – Филипп осмотрелся.

— Что именно? – отозвался Фёдор Семёнович, подойдя вплотную к статуе.

— Это место совсем не похоже на проход в Рудролок. Здесь тихо и спокойно.

Виджитунга обернулся и посмотрел на писателя:

— Всё правильно. Но не переживай, мы сейчас откроем туда дорогу. Станет поживее.

— В каком смысле? – Филипп подошёл к историку. – Разве проход в Рудралок не открыт? Разве камень не закроет его, если вставить в статую?

Писатель неожиданно почувствовал волнение. Именно так говорил ему Вари.

— Конечно нет! – рассмеялся профессор. – Камень открывает проход в Рудралок, он высвобождает Рудру! В этом-то и смысл!

— Что значит – высвобождает Рудру? – спросил Григорий, стоявший рядом.

Виджитунга, державший в руке алмаз, широко улыбался. В его глазах плясали безумие, одержимость и решительность.

— Сейчас узнаем! Разве не для этого мы сюда пришли? Проверить, реально ли то, что столько веков твердили нам легенды, священные книги, писания и прочий религиозный бред! Именно сейчас будет понятно!

Фёдор Семёнович поднёс алмаз к статуе.

— Стойте, стойте! – крикнул Филипп, вытягивая вперёд обе руки. – Подождите! А если всё реально? Тогда вы впустите в наш мир чудовище! Мы не знаем, кто этот Рудра на самом деле! Может быть, это какая-то материя… или… какая-то сила! Да, чёрт знает что может вообще быть!

— Вот и увидим! Мы станем теми, кому спустя столько тысячелетий откроется тайна всего нашего мира! – возбуждённо произнёс Виджитунга. – Вы только вдумайтесь! Мы с вами сейчас узнаем, существует ли Бог! Да, пусть индуистский, но – Бог! – Он поправил очки и улыбнулся. – Не говорите, что вам неинтересно, я не поверю!

И на этих словах историк вставил алмаз в пустую глазницу статуи.

— Нет, нет, – выкрикнул писатель, делая шаг к Виджитунге.

— Поздно, Филипп, – раздался голос Вари.

Писатель обернулся, ища глазами монаха.

Он стоял неподалёку, сложив руки ладонями друг к другу. На пальцах висели красные чётки. Глаза монаха были закрыты.

— Вари, что происходит?! Какого дьявола?! – крикнул Филипп, обращаясь к нему. – Вы сказали, камень закроет вход, но получается обратное! Что за на фиг?!

Григорий с выражением удивления на лице смотрел на Филиппа. Виджитунга, казалось, не слышит и не видит ничего, кроме статуи. Он стоял, не отрываясь, глядя на алмаз, с блаженной улыбкой на лице.

— Ну, давай, давай! – пробормотал он.

В этот момент Храм вздрогнул.

Пол тряхануло. С потолка посыпались мелкие камни и песок. В воздухе полетела пыль.

Филипп с трудом удержался на ногах. Виджитунга схватился за статую.

— В чём дело? – в руке Григория снова появился револьвер.

— Началось, – радостно сказал историк.

Писатель посмотрел туда, где секунду назад стоял монах, но его больше там не было.

— Да чтоб тебя!

Филипп был ошарашен.

Он шёл вернуть камень в чело статуи и закрыть проход в мир древних богов, но в эту секунду понял, не верил в это. Его научный взгляд на устройство мира был сильнее. Он хотел выполнить долг перед историей, перед археологией и древними верованиями, но никак не приобщиться к сверхъестественному, несмотря на увиденное в Мохенджо-Даро. Однако что-то всё-таки колебалось внутри него. Если действительно сейчас перед ним откроется путь в другой мир, в обитель некоего высшего разума или иной материи, дорога к знаниям и мудрости, не стоит ли радоваться и желать это увидеть и познать? Он одновременно хотел и нет, чтобы история Вари была правдой.