Книга Я - твое наказание, страница 34 – Наталья Юнина

— Ты редкостный сученыш.

— Которого ты почему-то никак не можешь отправить в свободное плавание. Хотя прекрасно знаешь, что я не закончу как Аня. Язык отсохнет сказать, что просто безумно любишь меня, да, Вадя?

— С безумно ты погорячился.

— Слушай, а ты вообще кому-нибудь когда-нибудь говорил «люблю»?

— Да, Катьке. Перед тем, как ее сбила электричка.

— Деревенская кошка не в счет.

— Очень даже в счет. Утоли мое любопытство, как ты это делаешь?

— Ты о чем?

— Умудряешься водить в эту халупу девчонку, привыкшую как минимум к нормальным условиям.

— А я затмю любую халупу. Или затмею?

— А хрен знает как правильно.

— Ты щас серьёзно?

— Вполне.

— Ну давай, колись, что реально случилось?

— Лучше тебе этого не знать. Как ты развел ее на то, чтобы она показала тебе грудь? Только честно.

— Слушай, в этот раз я буду отбиваться. Да и снега нет, чтобы смягчить удары. У тебя и так морда не первой свежести, а у тебя свадьба на носу. Может, не будем об этом?

— Говори.

— Погодь пару минут.

И действительно возвращается быстро с бутылкой водки и замороженным окорочком.

— Ко лбу приложи, у тебя там шишка. Давай поиграем в доктора и пациента. Это, Вадя, в рот. Стаканы чистые, не ссы.

Видимо, башку мне все же отбили, раз я не раздумывая беру стакан с неизвестной водкой и выпиваю залпом. На удивление, мягко пошла.

— Плохи дела, раз ты не проверил, что за водка.

— Похрен.

— Ладно, давай поиграем в угадайку. Кто губу разбил?

— Настя. Не разбила, а укусила.

Нет, ну знал же, что говорить что-то этому наглецу полный идиотизм. Ржет, падлюка, так, что стены трясутся. И подливает гаденыш мне водку, сам же не пьет.

И вроде абсолютно трезвый, но начинаю чесать языком, выкладывая абсолютно все. Сам не понял, как за время моего монолога умудрился выжрать большую половину водки. И это без закуски.

— Не пойму, а в чем в общем-то проблема?

— Даже не знаю. Может, в том, что она влюблена в смазливого? — не скрывая сарказма выдаю я, отпивая очередной раз водку. — Или в том, что встречается с ним тайком, а я как последний ушлепок срываюсь с места и, не контролируя себя, вступаю в драку? Или в том, что поставил за ней слежку. А! Или, может быть, в том, что пробираюсь к ней в комнату без спроса? Что дальше? Прикую к кровати и изнасилую?

— Наручниками к изголовью кровати — отличная идея. Только в твоем случае пока язык и пальцы.

— В смысле в моем случае?

— Ну тебе пока рано член доставать, мало ли откусит. Вон с губой не пожалела. Да ладно, я шучу. Это все проблемы?

— Она… маленькая для меня.

— Да, грудь у нее небольшая, но это не проблема. Не пупырышки, есть что пощупать.

А вот тут уже играет вступивший алкоголь. Не задумываясь замахиваюсь кулаком в морду Руслана, на что он оказывается расторопнее меня.

— Так, ладно, пощажу тебя. Не видел я ее сиськи, угомонись. Не видел. У нас был договор, что она мне их покажет в ответ на кое-что. Когда подошел срок, я специально привел ее к басику и повернул так, чтобы ты по новым установленным камерам не узрел то, что я. А я видел поросячьи сиськи. Реально семь поросячьих сосков. Она вышила их специально, чтобы щелкнуть меня по носу. И руки я к ней тоже протянул специально, чтобы уж наверняка тебя добить. И-таки добил.

В любом другом случае, я бы сказал, что это редкостный звездеж, но понимаю, что Руслан не стал бы плести такую историю. С одной стороны, чувствую неимоверное облегчение, с другой, хочется прибить гаденыша за то, что намеренно играет на моих нервах.