Книга Пропала, или Как влюбить в себя жену, страница 148 – Наталья Юнина

— Не надо ни с кем говорить. Тем более он еще не дома. Глеб работает.

— Он стоит позади тебя, я вижу куски его тела, - Соня резко поворачивается в мою сторону.

— Блин!

— Добрый вечер, Ольга, - присаживаюсь рядом с Соней. - Какой именно вы узрели во мне кусок?

— Надеюсь, мозг. Так как вы более зрелая личность в вашей паре, будьте так добры, не пускайте все на самотек. Сегодня же найдите ей хоть какого-нибудь инструктора и тренажеры. Мышцы должны работать. И да, секс – это не тот тренажер, хоть и нужный. До свидания.

Я даже не успел ничего ответить, как Ольга, по всей видимости, захлопнула крышку ноутбука.

— Обязательно было подслушивать?!

— Я просто вошел в спальню. Сонь, не дуйся. Ольга права. Надо найти тебе инструктора, - со всей серьезностью в голосе произношу я, а сам радуюсь как ребенок тому, что Соня сама, по собственной воле, изъявила и, по сути, настояла на желании остаться здесь на пять дней.

— Да что будет от пяти дней? Не думаю, что это критично.

— Ей виднее.

— Я сама позанимаюсь, вон в джакузи буду мыщцы разрабатывать. И не думай, что я осталась ради того, о чем говорила Оля.

— А о чем она говорила?

— О сексе. У нас его не будет. У меня ме… ну в общем, ты сам понял.

— Кошмар, - приобнимаю ее за плечо. - Даже не знаю, что теперь делать.

— В смысле?

— В смысле мне дико хотелось, чтобы ты капнула на меня соплей. А теперь… ну прям все. Ни сопли, ни секса.

— Прекрати, - смеясь, произносит Соня. - А вообще знаешь что?

— Что?

— Сделай мне массаж. Ты мне – ноги, я тебе – спину почешу.

— Можешь мне даже ничего не чесать. Ложись.

* * *

Нелюбимый некогда Париж сейчас вызывает что-то сродни восхищения. Вот уж не думала, что здесь будет не только мой первый и пока еще единственный секс, но и поход к гинекологу, который, судя по словам переводящей медсестры, в общем-то, можно смело назвать удачным. Иначе, как еще можно выразить то, что я не бесплодна. У меня может быть дочка. Офигеть. Нет у меня никакого гнилого чрева. Следующей зимой я точно буду ходить. К этому времени подправлю то, что хромает с гормонами и вуаля – можно смело беременеть. Через год я могу быть беременной! Дважды офигеть. Я и с пузом. Растяжки? По фиг. Нагрузка на спину – отлежусь. Зато будет все, как я мечтала. Перестаю улыбаться, как только вижу подходящего ко мне Бестужева. К гадалке не ходи – он не одобрит моих радостных порывов на счет возможной беременности.

— Все, можем ехать.

— Обо всем поговорил с врачом?

— О чем нужно – да.

— Замечательно, - потирая руки, с предвкушением произношу я. - Итак, я согласна на очень неприятную вещь. Как говорится, держу слово. Сказала – значит сделаю.

— Обязательно, как-нибудь, когда это перестанет быть для тебя столь неприятной вещью, - подхватывая меня на руки с кресла, уверенно произносит Бестужев. И только, когда мою многострадальную попу усаживают на сиденье авто до меня кое-что доходит.

— Так это никогда не станет для меня приятной вещью. А мне надо сдержать слово. Так что, я готова.

— Ну значит надо нарушить обещанное тобой слово, - наклоняется к моему лицу и шепчет мне на ухо. - Такими жертвами мне минет не нужен. Исключительно по твоему желанию.

Секунда и я прыскаю смехом. Ржу как лошадь, совершенно не стесняясь водителя.

— Я вообще-то имела в виду посещение оперы, - да! Наконец-то я увидела на лице Бестужева не уверенность и невозмутимость, а растерянность! Ну наконец-то!