Книга На изломе чувств, страница 37 – Наталья Юнина

— Боже, только не расплачься, тебе сколько лет, бегущее недоразумение?

— Это вас не касается. Уйдите, пожалуйста.

— Да, Марк, выйди отсюда, будь так добр, если не хочешь получить пи*дюлей, - в комнату входит Михаил.

Господи, когда я еще испытывала такое облегчение, от радости готова бегать и прыгать. Пришел! Так вовремя. Как я вообще могла их даже в мыслях сравнивать? Дура. Михаил, пусть и задира, зато рыцарь, а этот даже на коня не похож. Лошади добрые, а этот злой, по крайней мере взгляд у него точно не добрый.

— Оля, иди сделай нам кофе. Тебе тот сладенький, а мне покрепче. Кнопки помнишь?

— Помню, - сказала на автомате, на самом деле не помню, если и помнила, сейчас все забыла. Нехорошо как-то получается, из-за меня сейчас будут ругаться сын с отцом. Что-то пошло не так.

— Значит не помнишь, ну поставь просто чайник, а мы пока пообщаемся с Марком.

Не знаю, как он понял, что не помню, наверное, у меня на лице написано, что дура. Хотя вроде рот я закрываю, а говорят это и есть признак дурачины. Выхожу из комнаты и иду на кухню.

* * *

Как только подъехал к дому, сразу почувствовал- будет несладко. Этот гаденыш меня вряд ли послушал, сейчас наверняка докапывается до Оли. Я только представить могу, как эта дуреха испугалась. Первое, что сделаем завтра- это купим телефон. Захожу в дом и поднимаюсь на второй этаж. Дверь в Олину комнату приоткрыта и как ожидалось Марк уже там.

— Боже, только не расплачься, тебе сколько лет, бегущее недоразумение? - слышу голос гаденыша. Ну, Марк, получишь ты у меня.

— Это вас не касается. Уйдите, пожалуйста.

— Да, Марк, выйди отсюда, будь так добр, если не хочешь получить пи*дюлей, - вхожу в комнату, мимолетом смотрю на Олю, которая руку даю на отсечение, выдохнула с облегчением при виде меня.

— Оля, иди сделай нам кофе. Тебе тот сладенький, а мне покрепче. Кнопки помнишь?

— Помню, - ни хрена она не помнит, по глазам вижу.

— Значит не помнишь, ну поставь просто чайник, а мы пока пообщаемся с Марком.

Оля выходит из комнаты, Марк тут же садится на кровать.

— Ты знаешь, это дурной тон сидеть на чужой кровати.

— Мне кажется, что дурной тон- это спать в чужой кровати. Кто она такая?

— Пойдем в кабинет.

— Можно и здесь поговорить. Или она подслушивает?

— Марк, почему ты такой гаденыш?

— Потому что ты привык меня считать таким! Резонный вопрос узнать, что за девка ходит по нашему дому, тебе так не кажется? - смотрю на него и понимаю, что в чем-то он несомненно прав. Только вопрос в том, что мне нечего ему сказать, я сам не знаю кто для меня Оля.

— Во-первых, она не девка, - присаживаюсь на кровать рядом с Марком.

— А, во-вторых, ты с ней спишь? 4SYa-aPe

— Прекрати нести чушь. Хотя, даже если предположить, что так и есть, в принципе тебе какое дело?

— Да ничего, только ты сюда баб не приводил, а если и приводил, то мимолетом, и то, ты был всегда рядом. Значит чисто гипотетически можно предположить, что ЭТА для тебя значит что-то большее, чем другие. А с учетом того, что, судя по ее внешке она моя ровесница, это странно. Тебя потянуло на молодушек? А может она твоя дочь?

— Ты ревнуешь что ли?

— Разбежался. Так кто она? Эта мямля херню какую-то несла, на вопрос кто, ответ- «человек», а сейчас ты выеживаешься. Ты всегда был умным мужиком, вот и сейчас придумай разумный ответ, - усмехаюсь в ответ на Олин ответ.