Книга Верь мне, страница 92 – Алёна Берндт

— Боже, Тоня, что же у тебя в голове творится? — воскликнула Кира, проходя мимо, — Каких чужих мужиков, что ты мелешь?! Мы просто соседи, ничего между нами нет и не было, не придумывай напраслины! А Сергей имеет право жить так, как сам хочет, или надо у тебя сперва совета спросить?!

— Дура ты, Кирка, и всегда дурой была! Потому и муж твой сбежал к другой бабе, когда узнал, что ты больная, детей не можешь иметь! А ведь ты могла бы ему просто и не говорить про это, может так бы и жил с тобой! И этого ты тоже упустила, потому что дура, всё добренькую из себя строишь!

— У тебя самой ни мужа, ни детей. Тебе ли говорить! — сверкнула глазами Кира.

— А я вот учителке-то скажу, что ты на её мужика глаз положила! Она-то может и не такая блаженная, как ты — космы тебе повыдирает за него! — зло прошипела Тоня и с грохотом закрыла за собой дверь, скрывшись в доме.

Исполнила ли Антонина свою угрозу, нет ли, никто не знает. Но встречаясь на улице с Ульяной, Кира, как и прежде приветливо здоровалась, и в ответ получала такое же приветствие и дружелюбную улыбку. Поэтому Кира сделала вывод, что Тоня позабыла про свою угрозу, либо просто поленилась строить козни, отвлекшись на другие свои дела. Тем более, что серьёзно приболела Тонина мать, и Антонина всем в посёлке рассказывала, как трудно и самоотверженно она ухаживает за матерью, но, по её мнению, та вряд ли уже поднимется…

Половина отпуска пролетела так быстро, Сергей выспался, переделал все дела, которые всё откладывались на потом и в своём доме, и в доме родителей. Занимался и так увлёкшей его резьбой по дереву, и фотографированием вместе с дочкой.

Женька в силу своей природной чувствительности, давно сообразила, что отец неспроста вечером уходит прогуляться и «случайно» оказывается возле школы, как раз в тот самый час, когда Ульяна Михайловна заканчивает работу и идёт домой. Но умная девочка нарочно молчала про это и не поднимала этой темы, опасаясь спугнуть то самое, хрупкое, только зарождавшееся между людьми.

Тайком от взрослых она обсуждала это с лучшей подругой, взяв с Маши слово хранить всё в секрете:

— Да я специально к вечеру стараюсь все фотографии проявить, потом говорю, что устала и надо почитать, чтобы папа успел пойти Ульяну встретить. А то он же со мной будет сидеть, не пойдет, если попрошу остаться.

— Ты правильно делаешь, взрослые иногда так смешно себя ведут, как дети, — улыбалась Маша, — А вообще, они друг другу подходят, по-моему. Ульяна добрая, и папа твой тоже добрый, хороший.

— Да, я тоже считаю, что друг другу они подходят. Правда, Василёк? — Женька погладила сидевшего с ними рядышком кота и тот благостно прищурился в ответ, будто соглашаясь со сказанным девочками.

Февральские дни уже чуть дышали весной, хотя к вечеру снег снова стараниями еще крепкого морозца покрывался жёстким настом. Но солнце с каждым днём вставало всё раньше, топило снег, и вдохновляло резвых синичек на заборе петь всё веселее, возвещая о скором приближении весны.

Сергей в приподнятом настроении вышел из дома, чтобы проводить Женю в школу, сам он сегодня работал в ночную смену, поэтому собирался переделать днём все запланированные на сегодня дела. Пожелав дочке удачи, мужчина принялся расчищать снег во дворе — февральские метели никто не отменял, и зима исправно делала своё дело.