Книга Если снежинка не растает..., страница 12 – Нина Князькова

Фрося, которая слово «гардеробная» видела только в журнальных статьях, немного зависла, от размеров всех этих помещений.

— А еще комнаты здесь есть? – Спросила она и обернулась, вдруг уперевшись в как-то близко стоящего к ней Демида.

— Есть, - ответил он, но не отодвинулся ни на миллиметр.

— И… в какой я буду спать? – Ей показалось, что воздух между ними можно ножом резать, настолько большое напряжение сейчас возникло.

— Тебе здесь не нравится? - Спросил он почти шепотом.

— Нравится, - едва слышно выдохнула она.

Демид, медленно, словно боясь спугнуть, зарылся рукой в ее волосы и поцеловал. Фрося не стала сопротивляться. Зачем? Она сама сюда приехала и понимала, что вечер может закончится в его постели. Лишь только когда осознала, что уже лежит на кровати и с нее с особой тщательностью стягивают платье, она вдруг засмущалась. Демид, заметив это, замер.

— Что? – Выдохнул он и с беспокойством посмотрел ей в лицо. – Тебе не нравится, что я…?

— Нравится, - тут же поспешила заверить его девушка и покраснела. – Но только…, - она закрыла глаза, чтобы не смутиться еще сильнее. – У меня совсем нет опыта и…. Ну, предупреждаю, что, если ты не захочешь возиться….

— Что ж ты со мной делаешь? – Он со стоном уткнулся лбом в ее плечо. – Мечта, а не женщина, - пробормотал он и снова принялся целовать ее.

Утром Фрося почувствовала себя обманутой. Несмотря на то, что шампанским ее напоили, телевизор и какие-то внятные разговоры с ней никто не разговаривал. Казалось, что Демид просто решил залюбить ее до невменяемого состояния, чтобы она вообще обо всем на свете забыла. Она и забыла, вот только…. Не может же сказка длиться вечно?

Фрося некоторое время полюбовалась недавно заснувшим мужчиной и аккуратно поднялась с кровати. Прокралась в ванную скривилась от увиденного в зеркале. Умыться ей вчера так никто и не дал. Поморщившись, она привела себя в относительный порядок и, крадучись, собрала свои разбросанные по спальне вещи. На цыпочках вышла из комнаты и принялась одеваться. Пора ехать домой. Или прогуляться до ближайшей остановки общественного транспорта, чтобы проветриться и привести мозги в относительный порядок?

Пригладив волосы, она отправилась к входной двери, но замерла на полпути. Посмотрела на кольцо, до сих пор надетое на палец и ей плакать захотелось. С кольцом она расставаться не хотела ни за какие коврижки. Именно поэтому, порывшись в рюкзаке, она достала пачку денег (она их забрала из своей комнаты, предвидя такой исход) и оставила на столике, что стоял в двух шагах от елки. Пусть у нее будет такое… дорогое воспоминание о Демиде.

Надев пуховик и сапожки, она так же тихо вышла из дома и направилась в сторону ворот. Вот только… Фрося совершенно не подумала о том, как эти самые ворота будет штурмовать, ведь те были высотой в два метра и Демид их вчера открывал с брелока. А сейчас у нее ни ключей, ни даже намека на какую-то человеческую калитку не было.

Ефросинья стояла у забора минут пять раздумывая, не поискать ли ей где-то в другом месте нормальный проход. Это же не тюрьма, а загородный дом, куда простые смертные тоже должны заходить.

Но, едва она двинулась вдоль забора, как из дома выскочил Демид.

— Фрося, стой! – Завопил он… несясь босиком по снегу и в одних трусах на голое тело. Девушка остановилась и открыла рот от такого зрелища. – Ты куда?!?