Книга Наумовна. Начало, страница 42 – Нина Князькова

К вечеру стена была расчерчена полностью. Цвета были подписаны. Некоторые предстояло смешивать и искать нужные цвета, но колировкой Таня тоже занималась не впервые.

— Я всё, - она убрала меловой карандаш и осмотрела стену. Не услышав никаких звуков, она обернулась. В салоне никого не было, кроме Евгения, который что-то писал за стойкой регистрации. – Я закончила на сегодня, - повысила она голос.

— Ты всегда так долго работаешь? – Женя захлопнул тетрадь, куда переписывал суммы с чеков и посмотрел на девушку.

Таня чуть смутилась и посмотрела на часы.

— Всего полвосьмого вечера, - пожала она плечами.

— А напомни-ка мне, что ты ела на обед? – Скрестил он руки на груди.

Татьяна задумалась. Нет, Лиля определенно ей давала какую-то еду.

— Пирожок? – Предположила она.

— Ясно, - вздохнул мужчина. – Сейчас мы едем в какое-нибудь кафе, плотно ужинаем и домой. За тобой глаз да глаз нужен.

Таня поджала губы.

— Я лучше дома….

— Это я не для тебя делаю. Я это делаю для своей нервной системы. Мне будет спокойнее, если ты просто поешь. Завтра придется что-то делать с твоим обедом, - проворчал он и, сбросив с плеч лямки комбинезона, отправился в комнату для персонала, чтобы переодеться.

Таня быстро отвела взгляд от перекатывающихся на его спине мышц и только сейчас поняла, что весь день не обращала никакого внимания на весьма симпатичного и почти полуголого парня. И что же с ней всё-таки не так? Уже почти все её сверстницы или замужем, или в отношениях. А она? А она такую эстетику рядом не заметила.

Евгений аккуратно припарковал машину и, повернув голову, посмотрел на спящую Таню. Она отключилась, едва села в машину после кафе. Ехать было не больше десяти минут, но он отчего-то совершенно не спешил. Потому, наверное, ещё минут пять просто сидел в машине и задумчиво смотрел на неё. И чего это с ним? Устал, наверное. Родителям опять же долго не звонил. Надо будет завтра исправить эту оплошность.

Поняв, что дольше рядом в машине сидеть нельзя, Евгений выбрался на улицу и обошел автомобиль, раздумывая над тем, как же донести спящую Татьяну до квартиры. Одному это сделать было бы проблематично, но и будить девушку отчего-то совсем не хотелось.

— А ну стой, - ему на плечо легло что-то твердое, стоило ему протянуть руку к дверной ручке. - Ты чего это наделал?

Женя, нахмурившись, обернулся и уставился на одну из тех полоумных бабок, которые вчера привели в его квартиру испуганную девушку. Классического вида бабка зачем-то положила палку на его плечо и смотрела с НКВДшным прищуром.

— И что я наделал? – Не понял мужчина.

— Ты Таньку убил, - старушка глянула на его шею, где торчала часть рисунка татуировки. – Вон, лежит в машине. Не дышит. Ты её задушил, да? Сиделец? Где сидел? Ты смотри, я на тебя батюшку Пафнутия натравлю, он тебе….

— Я никого не душил, - попытался вклиниться Евгений в обвинительную речь неадекватной пенсионерки.

Та оглядела Татьяну через автомобильное стекло и скептически приподняла одну бровь.

— Крови нет. Отравил, да? Ты энтот… клофелинчик? – Цокнула она языком.

— Таня просто устала и уснула в машине, - Жене вообще не нравилось то, что он сейчас оправдывался, слушая абсурдные обвинения.

— А чего это ты ее вообще в машине возишь? Из квартиры выселить хочешь? Она у тебя в машине живет? – Разошлась бабка. – Чем докажешь, что она живая?