Онлайн книга «Палитра счастья»
|
Чувства, готовые выплеснуться, мысли бьющиеся в голове как шумный прибой… «Что, ты ему там понарисуешь, Альфи? Цветочки… да Грант, разнесёт мою студию, если ты ему там цветочки понарисуешь…» — всплыли внезапно слова Нила. Цветочки… Ах, цветочки! Цветочки! Эва кинулась в свою комнату, куда уже убрала кисти и краски. Влетев, она с минуту приходила в себя, вспоминая, что же ей нужно. Сосредоточиться никак не могла, всё путалось. Всё смешалось в голове. Боль. Злость. Досада. Предательство. Она схватила первую попавшуюся кисть, потом потянулась к краскам, почти все были на исходе, практически одной цветовой гаммы. Нет. Её это не устраивало. Категорически нет. С кистью в руке пронеслась в гараж, в хозяйственное помещение, где остались какие-то материалы после строительства и ремонта. Она точно знала, что ей нужно. Выбрав банку с белой акриловой краской, той самой которой Ян уже практиковался на её «холсте», она забежала в гостиную и бахнула её на пол. Пальцы предательски подрагивали. Обычно точные уверенные штрихи смазывались, но ей было всё равно. «Иди ты к черту, Ян! К черту! Всё к черту!» Покончив с «дополнениями» к картине, она убрала всё по местам и взлетела на второй этаж, как будто боялась, что кто-то её остановит. Покидав свои вещи в сумку, она выскочила, оставив дверь открытой. У фрески она остановилась и зря. Зря. Захлебнувшись слезами, она села, оперевшись на своё творение спиной и разрыдалась. Горько. Навзрыд. Не сдерживаясь. Она плакала, обхватив колени руками, опустив на них голову. Плакала о двух месяцах мнимого счастья, плакала, о том на что надеялась. Плакала от неожиданности. Плакала от того, что он даже не поговорил с ней. Просто сказал три слова по телефону и всё. После двух месяцев, это всё… — Малышка, ты чего? Симон появился в дверях, ошарашено оглядывая, ревущую навзрыд Эву. Потом он заметил валяющуюся неподалёку сумку. Опустившись возле неё на колени, он обнял её за плечи. — Ян… он что?.. — Зам-м-м-молчи, Сим-мон, — заикаясь, она всё-таки сказала. Понятно. Причина у таких горьких слез может быть только одна. Неизвестно сколько времени прошло, прежде чем Эва начала хоть немного успокаиваться. Он так и сидел слушая её плачь, не находя слов утешения. — Отвези меня домой, Симон. Моя машина ещё в ремонте. Эва порылась в сумке и достала ключи из внутреннего кармана. — Пригонишь, когда Билли её сделает, ладно? — Конечно, малышка. Само собой. Ян отпустил Селесту. Сел в кресло, с ощущением, как будто из него выжали все соки и высосали саму жизнь. Заметил на рубашке пятна от кофе и переодел её, выбрав чёрную водолазку. — Грег, ты на месте? Я приеду. По дороге он думал. Занимался самоистязанием в чистом виде. Мысли о ней были тем самым самоистязанием. Не иначе. Она. Улыбающаяся. Сосредоточенная. Капризная и растрёпанная после сна. Нежная и чувственная. Соблазнительная. Эротичная и страстная до, во время и после секса. Кулаки сами собой сжались. Собственными руками. Он сделал это своими руками. Ещё несколько недель назад он не мог представить, что её не было в его жизни, как и не представлял себя без неё вообще и впредь, а сейчас… завтра… а завтра для него вообще может не быть. Зачем-то набрал её номер, долго слушал длинные гудки, так и не получив ответа. |