Онлайн книга «Палитра счастья»
|
— Привет! — Привет! — ответил он. Парень был молод, примерно одного с ней возраста. Не больше двадцати четырёх лет. Она отметила приятные черты лица и подтянутую, немного сухощавую фигуру. Дёрнув за тонкие проводки, он вытащил наушники. — Ты и есть художница? — сходу поинтересовался он, без зазрения совести разглядывая её. — Да. А как ты догадался? — А мы больше никого не ждём. Я — Симон. А ты? — Я — Эва. А ты? — Я — садовник. Эва ухмыльнулась. — Понятно. Его странная манера общения не отпугнула. В словах не просвечивалось двойного смысла, поэтому простота, с которой парень начал разговор, импонировала. Они перекинулись парой слов, и Симон с гордостью показал ей свои владения. Он всё так же не отводил от неё глаз, пристально разглядывая с головы до ног. Девушка с подобной внешностью не могла не привлечь внимания — хорошенькая, стройная, с золотистой от загара кожей. Белые шортики и маечка такого же цвета делали воздушной, лёгкой. — Что-то не так? — Надоело, что он так бесцеремонно разглядывал её. — Да, не так. — И что же? — Да вот, думаю… Что у Яна совсем зрение испортилось и очки ему нужны посильнее? Ну, предположим, волосы ты за два дня перекрасила, но вот это… — Тут Симон забавно обрисовал руками все женские выпуклости. — Ах, это! — Эва засмеялась с облегчением. — Нет со зрением у Яна все в порядке. Он встречался с Лорой. И да, у неё рыжие волосы и вот это самое… — Эва в свою очередь повторила движения Симона. — Она очень пышная. Они засмеялись хором, и Симон отложил секатор. — Тогда пойдём, Эва, я отведу тебя к Минни. Она покажет тебе всё, что нужно. По дороге Эва рассказала историю, случившуюся с Лорой. А Симон поведал о том, что на самом деле Минни — это Маделейн Стерн и её должность в доме не поддаётся одному общему определению, потому что приходит она через день, наводит уборку в доме, готовит еду, и командует всеми подряд. Помимо них, был ещё некто Билли Франс, исполняющий роль шофёра. Билли и Симон жили в отдельном домике на территории особняка. Минни встретила Эву с должной насторожённостью и девушке уже во второй раз подряд, с неиссякаемым терпением, пришлось пересказывать несчастье Лоры. Минни это объяснение не удовлетворило, и она без тени смущения позвонила в «L’Ateliere». Только когда сам Нил убедил её, что всё в порядке, она приняла торжественный вид и сообщила, что «мистер Грант предлагает ей занять любую комнату для гостей… кроме его спальни». Последние слова слегка позабавили Эву, но она не стала это комментировать. Минни провела её по дому и показала комнаты. Эва не стала особо присматриваться, отметив только, что особняк оформлен в духе современной классики. После третьей комнаты, она отказалась от дальнейшего просмотра и остановилась на первой, которую ей показали. Та находилась недалеко от гостиной, с той самой пресловутой стеной, которую ей и нужно было расписать… * * * Закатное солнце висело над самой водой. Ярко-оранжевое, почти алое. Красиво, но смотреть больно. Эва сощурилась. И отвела взгляд, обратившись к дому. Она, наконец, поняла, какое чувство он вызвал у неё — ощущение уюта, защищённости и тепла. В нём не было мраморных полов, и подлинников картин, не было викторианской мебели и позолоченных дверных ручек, к которым боишься притронуться. Мебель, и многие другие вещи, без сомнения, сделаны на заказ. Но каждая имела своё определённое место, и ничего не выбивалось из общего стиля. Это не был дом-музей, это был дом, в котором живут… |