Книга Палитра счастья, страница 183 – Оксана Сергеева

— Хорошо, — послушно провозгласила она и заколола волосы, прежде чем ступить под воду. Он чуть улыбнулся её внезапной покорности, а всего пять минут назад она готова была его убить одним взглядом. Она переступила, через лежащую на полу сорочку. Не стала даже её поднимать, просто перешагнула и остановилась в душевой. Не было сомнений, что он так и сделает. Затолкает её туда, куда пообещал, а спорить с ним сил не было. — Мне сегодня было плохо после душа. Наверное, потому что я долго пробыла под горячей водой, — она поставила его в известность о своём происшествии, дав тем самым понять, что не собирается плескаться с ним час.

— Вода не горячая. Тебе надо отойти, постоишь пару минут и всё. Почему плохо? — в голосе прозвучала тревога, а глаза засветились беспокойством. Было очень приятно это осознавать, и Эва готова была приврать, чтобы ещё больше его понервировать и вызвать ещё большую тревогу, но не стала.

— Не знаю… — она пожала плечами и боязливо потрогала воду, которая оказалась приятной температуры, не горячей, но и не холодной. Умыла покрасневшее лицо.

Всё-таки вода была прохладной и её пробрала дрожь. Так решила Эва. Что дрожь её пробрала от слишком прохладной воды, а не от взгляда, что он ей послал. Она заметила его и почему-то смутилась. Отвернулась, но спиной чувствовала его. Глупо прятаться под водой. Смешно. Но она так и сделала, словно спряталась под тёплым потоком, но это только усилило ощущения. Тёплые струи бежали по телу, добираясь до самых чувствительных мест, раздражая и лаская одновременно.

Ян был прав вода и правда лечит, минуты хватило, чтобы почувствовать себя лучше, успокоить и душу и тело. Хотя нет. Тело нет. Тело зажило своей жизнью. Реагировала той же дрожью и мурашками от первого прикосновения к обнажённой коже. От его первого прикосновения, когда он просто обнял её за плечи. Прижал к груди, оперся подбородком в макушку.

— Это ты во всем виноват. Это ты довёл меня, — пожаловалась она. — Ушёл… оставил меня одну… А сам ушёл с ней, — говорила она глотая струйки воды, стекающие по лицу.

— Хорошо, я виноват, — он крепче прижал её. Ладонь скользнула по груди. — Но только в том, что ушёл и оставил тебя одну. Только в этом и ни в чем больше, Эва. Больше ни в чем, так что выкинь из головы всё, что ты там себе надумала.

— Выкинь из головы… — проворчала она. — Легко сказать…

— Я тебе помогу… — пообещал он, тут же приступив к выполнению задачи, прижавшись губами к шее. Она замерла, даже дыхание задержала, чувствуя, как пробирают знакомые ощущения, соски твердеют от лёгкого прикосновения тёплых ладоней.

Она без труда развернулась в его скользких мокрых руках, он тут же накрыл её рот губами, целуя так крепко и напористо, словно и правда старался избавить её от этих мыслей, сомнений и тех переживаний, что захлестнули её с такой силой.

Он целовал её. Целовал и чувствовал малейший отклик, самую мелкую дрожь. Целовал, а в голове вспышкой билось только одно — «моя». В этом «моя» заключалось всё, что он испытывал, всё, что чувствовал, всё, что не было произнесено.

И будет ли когда-нибудь?

— Что? — пробормотала она. Наверное, он сказал это вслух, в перерывах чувственных терзаний.

— Моя…

Она что-то хотела сказать, но он не дал ей. Он не собирался слушать её, уже наслушался за сегодняшний вечер. Приник к ней снова. Её губы тёплые, мягкие и податливые. Она уже не плакала, но показалось, что на вкус они солёные. И её язык тоже солёный. Он скользнул по ним языком, поцеловал, проверил. Показалось.