Книга Палитра счастья, страница 159 – Оксана Сергеева

— Правда?

— Что, правда?

— Ты так сильно скучаешь?

— Очень, — с тоской в голосе ответил он.

— Я тоже. Скучаю. Хочу к тебе, — она улыбнулась, его слова были так приятны, словно он приласкал её. Она легко могла представить те самые ласки. А представив, ощутила томление в душе.

— Не дразни меня, — так же ответил он ей, но именно это она и собиралась сделать. Подразнить его.

— Да. Хочу к тебе. С тобой в горячий душ.

— Прекрати, — чуть строже сказал он.

— Или в ванну, — продолжила она.

— Перестань. Хочешь меня совсем добить? — страдальческим голосом спросил он, и она осталась довольна его тоном.

— Ладно, — снисходительно отступила она. — Завтра, что будешь делать?

— Работать. У меня встреча с заказчиками и сдача объекта.

— Понятно, а я буду бездельничать. Не знаю, что мы завтра придумаем.

— Уже поздний вечер и прохладно. Оденься теплее.

— Ян, я же не на северном полюсе у нас такая же погода, как и в Майами, чудесный тёплый вечер, — начала спорить она, но он не обратил на это особого внимания.

— Всё равно оденься тепло, — упорно настаивал, пока она не пообещала.

— Хо-ро-шо!

— Эва… — начал он. — Можешь погостить у отца подольше.

— Почему? — последние слова показались неожиданными и как-то не вязались с теми, что он сказал раньше.

— Я подумал, что был не прав, злясь на тебя. Вы и так редко видитесь, так что если у тебя будет такое желание, ты можешь задержаться у него столько, сколько захочешь. Обещаю не устраивать истерики… — прозвучал рациональный ответ, но почему-то она ему не поверила. Ян был не тем человеком, кто будет под кого-то подстраиваться, даже в этом случае.

— Я подумаю, — она, действительно, собиралась подумать над его словами.

— Только сообщи мне хорошо? Сообщи когда собираешься вернуться, — Эва и не сомневалась, что услышит сейчас именно это.

— Хорошо, — пообещала она. — Целую тебя.

— Да, и я тебя, — нежно сказал он.

— Везде целую, — прибавила сладким тоном.

— Ужас… — простонал он, но она только довольно хихикнула и отключилась.

Он нашарил пульт рукой, прибавил звук, но так и не открыл глаз. Просто сидел, слушая какую-то болтовню, окружённый потоком звуков.

Никогда раньше он не испытывал подобных чувств. Раньше одному ему было спокойно, а теперь нет; комфортно, а сейчас жутко неуютно; раньше он отдыхал, а сейчас мучился, отсчитывая часы, а впереди ещё неделя…

Неделя или больше…

* * *

На стук в дверь Эва ответила слабым голосом, еле слышно, громче не хватило сил.

— Эви, девочка моя, я, конечно, понимаю, что ты любишь поспать, но время уже позднее, а ты ещё не выходила из комнаты, — Роджер остановился на пороге, но лишь коротко взглянув на бледное лицо дочери, прошёл и присел на кровать рядом с ней. — Что с тобой дорогая?

— Мне плохо. Мне так плохо, что я готова умереть. Пап, добей меня, чтобы я не мучилась, — слабо захныкала Эва. — Я ненавижу болеть! Я не умею болеть, как положено! У меня всё плохо и мне плохо! И вообще я всё ненавижу! — она никак не могла остановить поток собственных стенаний, но когда они иссякли, она плотнее закуталась в одеяло и свернулась клубочком.

— Ну, если ты заболела мы будем тебя лечить, — отец погладил её по голове, как маленькую, так же как и в детстве. — Скажи мне для начала, детка, что у тебя болит?

— Всё!