Книга Палитра счастья, страница 141 – Оксана Сергеева

— Я что-то не пойму… Ты же говорил, что был выстрел в затылок.

— Ян, это только в кино показывают аккуратную и красивую дырочку со струйкой крови или без неё. А на самом деле… На самом деле только входное отверстие такое аккуратное, а выходное сносит пол головы вместе с мозгами и выглядит это не очень красиво.

Ян отложил вилку и даже перестал жевать, глядя на Сержа, который с аппетитом уплетал телятину.

— Я же говорил, что мои рассказы испортят твой аппетит, — извиняющимся тоном сказал он.

— Спасибо дал мне хоть немного поесть, — Ян отодвинул тарелку и выпил воды.

— Нас опередили всего на шаг. Всего на шаг. Мюллер не успел с ним поговорить. Но то, что он был замешан очевидно.

— Только теперь нам это ничего не даст, — мрачно отметил Ян.

Она ещё раз взглянула на билет, проверила дату и время вылета, хотя знала их наизусть. Каких-то два часа и она попадёт в отцовские объятья. Он выслушает обо всех её бедах и невзгодах, если таковые будут. Обязательно справится о её здоровье, применив профессиональные термины, завалит кучей обычных вопросов. Они будут долго беседовать, а потом придумают, куда бы им вместе сходить или съездить. Это, как обычно, будет какая-нибудь выставка или другое сборище творческих людей, среди которых отцу, как подозревала Эва, было совсем не интересно. Он много знал, разбирался в нескольких видах искусства, но не был им поглощён, так как дочь.

Вот только нужно было сообщить об этом Яну, и она была почти уверена, что он будет недоволен. Он всегда всё планировал и предпочитал обо всем знать заранее. Такое спонтанное решение её саму вывело из себя. Неожиданной оказалась собственная нерешительность. К собственному стыду она признала, что папа отошёл на второй план, а думает она совсем не о нем, и что долгожданная встреча с отцом совсем не вызывает привычной радости.

Как никогда ясно она осознала, что сейчас для неё абсолютно всё отошло на второй план, спряталось за кадром. Всё, кроме него. Он составлял основное действо, был основным и главным актёром в её пьесе.

Убрав билеты в сумку, Эва отобрала то небольшое количество вещей, что собиралась взять с собой в поездку.

Всё зашло слишком далеко.

Во всяком случае, эта поездка пришлась вовремя, она немного охладит её, расставит всё по своим местам, а может всё окажется совсем наоборот…

— Это что? — спросила Эва у Минни, показывая на корзинку, стоящую на столе.

— Корзина, — этот правдивый и незамысловатый ответ Эва и так знала, но вот о её предназначении без соответствующей подсказки догадаться не могла.

— Это понятно, — внутри обнаружилась еда, несомненно, вкусная, судя по аппетитному запаху.

— Видимо ужин у вас будет проходить на свежем воздухе, и видимо ужин будет романтический, — таинственно сообщила Минни.

— И видимо прощальный, — с грустью добавила Эва.

— Как прощальный? — Минни перестала сноровисто орудовать ножом, а замерла, взглянув на девушку.

— Я завтра улетаю к отцу погостить на недельку.

— А-а, протянула она, — я уж было подумала, что этот нахал тебя чем-то обидел.

Эва не удержалась и хихикнула, всё же с укором взглянув на женщину, чьи обязанности и значение в этом доме трудно было переоценить.

— Минни…

— Я любя, — совершенно серьёзно оправдалась она, — а вообще это хорошо. Пусть поскучает.