Книга Райская птичка, страница 60 – Оксана Сергеева

— Что ты хочешь от меня, Ричард? – не сдерживаясь, воскликнула она. - Что? Хочешь в очередной раз убедить, что я не нужна собственной матери? В очередной раз ткнуть меня носом? Я и так это знаю! Знаю, Ричард! Просто я живу по своей совести. Я делаю то, что считаю нужным. Я поступаю так, как считаю нужным и когда сочту по-другому, то и поступлю иначе. А пока я буду блюсти эту долбанную, как ты говоришь, семейственность, потому что так диктует мне моя совесть! Когда мне надоест, я спокойно наплюю на всё, а сейчас оставь эти разговоры!

Ричард, промолчал, что уже радовало. Значит, не станет подливать масла в огонь.

— Прости.

— И сейчас мы с тобой поедем на этот, как ты говоришь, чёртов семейный ужин. И ты будешь сидеть и приятно улыбаться! Понятно? А я буду просто светиться от счастья, что наконец-то приехал мой любимый брат! И не трепи мне нервы! – говорила она повысив тон, что задело Ричарда. Редко сестра так выходила из себя.

— Чёрт, я не хотел расстраивать тебя, - виновато сказал он, глянув на её покрасневшее лицо и замолчал. Она тоже.

— Жаль, что я плохо помню нашего отца, - сказала Энджел с грустью, когда совсем успокоилась. Ричард – это последний человек, с которым бы она хотела поссориться. И пусть иногда он говорил лишнее, но Энджел точно знала, где нужно промолчать.

— Да, мне повезло, я с ним провёл больше времени, - Рич мгновенно ухватился за эту ниточку, чтобы хоть как-то разрядить атмосферу.

— Зато я хорошо помню, как ты таскал меня на футбол, - улыбнулась она, окунаясь в детские воспоминания. При этом и сам Ричард расплылся в мальчишеской улыбке.

— Да, меня оставляли присматривать за тобой, и мне приходилось брать тебя с собой на стадион. Ты была такая послушная. Смирно сидела на лавочке, пока мы сломя голову носились с мячом по полю. - Не мог скрыть самодовольства в голосе.

Она потянулась, потрепала его по коротким волосам и засмеялась:

— Да! Я просто не сразу догадалась, что слова «сиди здесь и не двигайся» не нужно воспринимать так буквально, а вокруг лавочки, на которую ты меня усаживал, можно гулять.

— Да, ты была очень послушная. Сидела, как приклеенная, - звонко хохотнул он.

— Ты просто меня запугивал, - обвинила она его, роясь в сумочке в поисках зеркальца. Они уже подъезжали к родительскому дому.

— А как же, пушистик.

— Я не пушистик! – воспротивилась она своей детской кличке. Нашла в сумке какой-то листик, смяла его и кинула в Ричарда.

— Пушистик! – Он поднял с колен бумажный комочек и бросил в неё.

— Тогда ты… - угрожающе начала она.

— Не смей! – он поднял вверх указательный палец. – Не смей вслух произносить это слово.

— Хорошо, - довольно кивнула она. – Будешь знать, как дразнить меня.

— Вздохни глубоко, мы подъехали. И, кажется, нас ждёт ужин на свежем воздухе.

— Вижу, - сказала Энджел, выбираясь из машины.

— Всем привет! – с улыбкой сказал Рич, когда они подошли ближе, хотя кроме Хелен, суетившейся у стола на уютной террасе, больше никого не было.

— Привет, мам, - сказала Энджел.

— Мои дорогие, как я рада вас видеть.

Крепко обнять мать Ричарду помешал большой пакет, который он держал в руках, но всё же он приобнял её за плечи, за что и получил приветственный поцелуй.

— Раздача подарков, - бодро сказал он и примостил пакет на край стола.