Книга Волчье сердце, страница 88 – Оксана Сергеева

Вера опустила глаза на подол своего платья, затем вскинула на Майера горящий взгляд.

Он усмехнулся, словно поняв ее немое возмущение:

— Мне нравится тебя раздевать. Хочешь, будем играть в такую игру. Ты после каждого секса будешь одеваться, а я снова буду тебя раздевать. Меня очень возбуждает, когда я снимаю с тебя одежду. Сначала ты говоришь, что спать со мной не будешь, а потом я снимаю с тебя одежду... Краска хлынула к щекам, и Вера опустилась на диван, закрыв лицо руками.

— Ненавижу тебя, ненавижу... — сдавленно проговорила она, — ты превратил мою жизнь в кошмар... я не могу есть, не могу спать, не могу работать... не могу нормально существовать...

Майер поставил ее вино на столик и сел рядом. Провел рукой по спине, откинул влажные кудри на одно плечо и потянул собачку молнии вниз, снова расстегивая платье.

Вера вздрогнула, почувствовав между лопаток его горячие губы.

— А говоришь, что ничего между нами нет... — хрипло сказал он, целуя ее спину, — вон сколько всего... говори мне это почаще, чтоб я знал, как много для тебя значу...

Выпрямившись, Вера отняла руки от лица и метнула через плечо взбешенный взгляд.

Майер улыбнулся:

— Я заметил, что ты не споришь со мной лишь в двух случаях: когда пьешь и когда со мной трахаешься. Так что сегодня у нас вечеринка. Будем пить и трахаться. Или что-то другое придумаем. Кино посмотрим. Порно, комедия, триллер, детектив... что предпочитаешь? Поиграть можем... шашки, шахматы, монополия, карты, нарды, домино...

— Я смотрю, ты ко всему готов. Все у тебя имеется.

— Не все. Но, если надо, — все будет.

Он снова подал ей бокал, и на этот раз Вера взяла его, сразу сделав большой глоток: от злости пересохло в горле.

— Понял, — усмехнулся Янис. — Пьем и трахаемся.

— А давай, — с бравадой сказала она. — И чтоб до противного. Чтоб с утра меня от тебя аж тошнило.

Он снова поцеловал ее спину.

— Сделаю все, что от меня зависит.

Проснулась Вера довольно рано. Из-за темных, тяжелых штор почти не пробивался свет, но снова заснуть не удалось: мешали головная боль и присутствие рядом Яниса. Он напоминал ей о собственной слабости. Их теплая, пропахшая сексом постель была еще одним тому свидетельством. Одно хорошо: похмелье напрочь отбивало желание копаться в прошлом и мучительно выявлять объяснения своему к Майеру «пристрастию».

Янис пошевелился, его дыхание изменилось, и она поняла, что он тоже проснулся. Ничего не сказал, лишь теснее прижал ее к себе, и за это Вера была ему благодарна. За молчание.

Молчание — то, что нужно ей после этой совершенно бесстыдной ночи.

Только молчание...

— Вера, тебе совсем не понравились цветы? — спросил он позже, когда полоска света, пробивающаяся из-за штор, превратилась из синеватой в белесую.

— Какие цветы? Ты о чем? — нахмурилась Вера.

После бутылки пино нуар воспоминания приходили отдельными сценами, но цветов в этом калейдоскопе развратных картинок не было.

Теперь и Янис нахмурился:

— Я тебе посылаю цветы. Каждый день.

— Я ничего не получала. Нет у меня никаких цветов. Ни одного, черт тебя подери, самого маленького букетика. А когда мне якобы доставляли твои цветы?

— Вечером. Не с утра же. Около восьми, наверное.

— Поздравляю. В такое время меня дома еще не бывает. Видимо, ты дарил цветы моему мужу. Выходные я тоже провела не дома.