Книга Единица безумия, страница 128 – Оксана Сергеева

Андрей похолодел от услышанного. Боль, похожая на гастритную, зажгла желудок. Даня, стоящий рядом, вполголоса выматерился.

— Почему? – продолжал расспросы Янис, стоя прямо перед Лавой, спиной к ним. Андрей не видел его лица, но все бы отдал, чтоб сейчас взглянуть в глаза другу.

— Мне нет разницы – почему? – снова заскрипел зек. – Какие у них дела и что они не поделили, вам лучше знать. Это ты у Рыся спроси, почему он решил лучшего друга завалить.

— Как?

— Да с «макарова» расстрелял. Подъехал на машине. Ждал его. Знал, когда он домой будет возвращаться. Как дождался, так и выпустил в него половину обоймы.

— Это все, что ты можешь сообщить?

— А что еще надо?

— Ты забыл про контрольный в голову.

— Не забыл. Это само собой. Последняя пуля прямиком в лобешник была.

Андрей слушал, что говорит Лава, и дрожь шла по позвоночнику. На минуту он ощутил полную беззащитность перед этим гнусным зеком, бросающим эти чудовищные слова.

— Ну? Я тебе все сказал, – занервничал Лава.

— Все да не все. Уточнить кое-что хочу. Как говоришь все было? Отец домой возвращался?

— Домой. К подъезду шел.

— Странно, да? Без охраны, получается был.

— Мне сказали, будет без охраны, так и случилось. Я все тебе сказал, – снова повторил как заклинание.

— Больше не помнишь никаких подробностей? – не отступал Янис.

— Костюм на нем был серый, рубаха белая.

— Один?

— Один, говорю же. Без охраны. Узнал, что хотел?

— Узнал.

— Обрадовал я тебя? Как насчет того, чтобы меня отблагодарить? – ухмыльнулся.

— Я всем воздаю по заслугам, и ты свое получишь. Ваня, дай… – холодно сказал Майер и протянул руку.

Иван вложил биту в раскрытую ладонь, и Лава тут же перестал ухмыляться.

— В чем дело, начальник? – Гримаса, похожая на оборванную улыбку, метнулась от его губ к скулам.

Янис шагнул к нему и стальным концом приподнял его подбородок:

— Рыло на меня, тварь! А теперь все с самого начала! Только правду!

— Что не так? Я тебе все сказал!

— Все не так. Потому что п*здишь ты, Лава. Не ты это сделал, но зачем-то берешь на себя.

— Правду сказал! – Но глазки его трусливо забегали из стороны в сторону, руки опять задергались.

— Никто тебе не поможет. Знаешь, что у меня в руке? Должен знать. Папин «выключатель». До сих пор безотказно работает. Иногда я им пользуюсь. В особых случаях. Ни разу не подводил.

— Мне пох*й, я смерти не боюсь, – трясясь, выдавил зек сквозь зубы.

— Знаю я, что терять тебе нечего. Что подохнешь ты скоро от неизлечимой болезни, поэтому смерти не боишься, – полгода не проживешь. И что деньги за эту лажу баба твоя получила. Я все про тебя знаю… Смерти не боишься… а боли? Боли боятся все. Первым ударом я раздроблю тебе право колено, вторым ударом – левое. Третьим – я сломаю тебе ключицу, а четвертым – разнесу башку. Все девять кругов ада на земле тебе устрою.

— Ты не можешь вот так! – Ловягин рванулся на стуле.

— Я все могу. – Янис отступил на шаг, снял с себя кожаную куртку и бросил Ивану.

— Есть же права человека… меня вообще не должно здесь быть! У меня есть права!!! – верещал он.

— Права человека существуют для человека. Ты не человек. Быстро ты не умрешь. Я тебе все кости посчитаю. А потом кожу чулком сдеру, наизнанку выверну и обратно надену.

— Меня будут искать… раз ты вытащил меня с зоны… будут искать.