Книга Единица безумия, страница 12 – Оксана Сергеева

— У этого оружие, – сообщил спаситель.

— У второго тоже, – откликнулся его напарник.

— Федор, ты, что ли? – спросил Погодин, вглядываясь в знакомое лицо.

— Так точно, – кивнул мужчина и распрямил широченные плечи, затянутые в черную рубашку.

Погодин вздохнул и глянул на два обездвиженных тела.

— Ну-ка, Федя, убери отсюда это дерьмо. Тут мамки с колясками ходят, дети бегают. Скоро соседка пойдет собачку выгуливать. Спятили вы, что ли? Убирайте это отсюда.

Федя послушно кивнул и невозмутимо сгрузил тела в багажник джипа. Андрей передернул плечами и направился в дом. Федя так же невозмутимо двинулся за ним.

— Можешь быть свободен, – сказал Погодин.

Но Федя будто не слышал. Молча вошел в лифт и вместе с Андреем поднялся на десятый этаж.

— Под дверью будешь стоять? – спросил, отпирая замки. – А если я бабу приведу, будешь стоять и слушать ее стоны?

— Приказано присматривать, пока угроза не будет устранена, – без намека на эмоции ответил Федор.

— А кроме этих еще есть?

— Есть. По мелочи. Виктор Олегович беспокоится.

«Да пусть идет в задницу твой Виктор Олегович!», – подумал Погодин и захлопнул дверь, войдя в квартиру.

На кухне он выпил стакан ледяной воды, потом с минуту бесцельно смотрел в нутро своего холодильника.

Кстати, о бабах…

Андрей приоткрыл дверь, и Федино отрешенное лицо приобрело выжидательное выражение.

— У меня к тебе задание. Сделаешь?

— Приказано просьбы исполнять, – кивнул охранник.

Погодин ткнул ему в лицо телефоном.

— Сюда мне ее привези.

Федя с минуту пялился в экран, запоминая паспортные данные, номер машины и лицо с фотографии.

— Когда?

— Сейчас. Тебе переслать? – кивнул на телефон.

— Я запомнил. Кто она? Я должен ее пригласить или притащить? – скрупулезно уточнил.

— Подруга, – подумав, ответил Андрей.

— Тогда пригласить, – сделал вывод Федя.

— Если будет отказываться, то притащить. Только аккуратно, понял?

— Понял.

— Не напугай.

Иногда Женьке казалось, что она нарочно замыкается в мрачном мире одиночества, со страстным упорством отталкивая всех, кто к ней приближался. Но это сомнение проходило, как только она возвращалась домой. Дом, который вроде должен считаться крепостью, встречал ее запахом кислой капусты, сигаретного дыма и немытых тел. Вся эта вонь так прочно въелась в стены их коммунальной квартиры, что проветривание окон не спасало. Погодина ненавидела эту квартиру, ненавидела людей, с которыми ей приходилось соседствовать. Их и людьми-то можно было назвать с большой натяжкой. Зек да старуха-психопатка. Зато, когда она покупала комнату, обещали ей совершенно другое: покой и тихих соседей. Поначалу было действительно тихо, целых полгода Женька жила одна, почти как в раю. Она сделала ремонт в своей комнатушке и выдраила общие помещения: кухню, коридор и ванную. Но потом Кувалда освободился из мест не столь отдаленных, а старуху выпустили из психушки. За полгода они свели Женькины старания на нет, и про чистоту в этой квартире было навсегда забыто.

Старость нужно уважать, но Погодина никак не могла пробудить в себе это чувство к той, которая то кипятком норовит облить, то белье с сушилки сопрет. Кувалда тоже не лучше. Тощенький, сухонький, весь в партаках, как в доспехах. Вся его жизнь – это пьянки с корешами и хвастовство былыми подвигами.