Книга Узел, страница 91 – Оксана Сергеева

— Только не ори, — шепчет Ник, накрывая губами мой рот. Легонько кусаю его губы, чувствуя, как последняя волна удовольствия бежит по позвоночнику. Чувствуя его удовольствие тоже…

Когда наше дыхание успокаивается, меня почему-то разбирает смех. Леднёв откидывается на спину и тоже довольно смеется.

— Гости ждут, — теперь он напоминает мне.

— Подождут…

* * *

Я сказала Никите, что шанс забеременеть есть, хотя сама не верю в это. Мне уже знаком вкус разочарования, когда ждешь две полоски на тесте, но не получаешь желаемого. Когда я поняла, что душевных отношений с мужчинами у меня не складывается, решила родить, как говорится, для себя. Ради себя. Чтобы не сойти с ума от ощущения внутренней несостоятельности. Не получилось. Теперь ради Леднёва я готова пройти эти несколько кругов ада еще раз. И еще раз. Но потом я прекращу все, чтобы не убить наши отношения. Пока все хорошо, хотя уже есть понимание, что за физическим удовольствием от секса стоит кое-что еще.

День выдается пасмурным. Еще с утра я пообещала себе, что никуда из дома не вылезу, но обещание нарушила. Звонок сестры меняет все планы.

— Я не хочу, чтобы ты с ней встречалась, — говорит Никита, понимая, что я все равно сделаю по-своему.

Он оберегает меня, только и всего. Не хочет, чтобы я видела свою беременную сестру. Боится, что расстроюсь. Но беременная сестра не перестанет существовать, потому что я ее не вижу. Естественно, встретиться мы договариваемся на нейтральной территории. К ней ехать желания не имею, к себе приглашать не хочу. Посидим в ближайшей от моего дома кофейне и разойдемся.

Честно говоря, меня просто разрывает от любопытства, зачем я ей понадобилась. Голос у Польки был грустный, но какая-то решимость в нем чувствовалась. Ожидания мои оправдываются. Присесть не успеваю, как Поля выдает:

— Я на развод подала. Правда, Дёма еще не знает. Хочу уехать, пока никто не узнал.

— Куда? — Стягиваю с шеи шарф и даже не пытаюсь скрыть своего ошеломления. Пусть сестра порадуется, что ей удалось меня удивить.

— В Турцию поеду. У меня подружка там живет, поможет обосноваться. Я уже все узнала, даже садик присмотрела, куда ребенка отдам.

— На что ты жить будешь?

— Как на что? Дёмка какие-то махинации проворачивал, поэтому бизнес на меня переписал, у него только доверенность, я ее отзову. Квартира тоже моя.

— Вот это новость… — Пока делаю заказ, пытаюсь осмыслить услышанное. — А от меня ты чего хочешь?

Полина смущается и тяжело вздыхает.

— Чтобы ты помогла мне кое-какие дела сделать. Надо за квартирой моей присмотреть. Хочу в аренду ее сдать.

— Мать попроси.

— Она не знает, что я уезжаю. И если я попрошу квартиру сдать в аренду, то денег не увижу.

Оказывается, и у Польки есть свои обиды на мать.

— То есть, надо проследить, чтобы Дёмка вовремя из квартиры убрался?

— Ага. Поможешь?

— С радостью. Выкину его на улицу, как только скажешь.

Полька сияет улыбкой. Не могу не отметить, что беременность сделала ее еще более привлекательной.

— Я хочу сама ребенка воспитывать. Помню, как ты сказала, что, если хочу родить здорового и жить нормальной жизнью, то надо сгребать муженька и бежать подальше от мамочки.

— И ты решила, что муженек тебе уже не нужен.

— А зачем? Мы месяцами сексом не занимаемся. Да, господи… Ты прекрасно знаешь, что он на мне женился, чтобы поближе к тебе быть, а я думала, что заставлю его себя полюбить. А сейчас ребенок… что он ему даст? О чем разговаривать будет? Нам с ним поговорить не о чем, о чем он будет с сыном разговаривать? Надеяться, что все изменится, я тоже не буду. Поняла теперь, что это бесполезно. Ему ничего не нужно. Думала, забеременею, будет на руках меня носить, а ему по барабану. Будто я ему уже десять родила.