Книга Нарушая дистанцию, страница 114 – Элла Савицкая

— Если за этот срок Чижов не явится, ты уволишься.

Обдумав его условие, понимаю, что на такую уступку я могу пойти. Остается надеяться, чтобы Чижов все-таки явился, потому что танцевать на коленях мужиков меня не прельщает. Особенно, если учесть, что танцами номера обычно не заканчиваются.

— Слушаюсь, товарищ старший лейтенант, — коленом веду по внутреннему бедру его ноги, сканируя стремительно меняющиеся на лице эмоции.

Взгляд Никиты смягчается, чувственные губы растягиваются в усмешке. А у меня по телу тепло бежит, собираясь внизу живота горячим комом.

— Ммм, кажется кое-кто готов отдать мне честь, — хрипит он, глядя мне в глаза.

— Кто? Я? — хитро щурюсь, прикусывая губу.

— А ты видишь еще желающих? — Никита пытливо обводит комнату взглядом, за что получает от меня по плечам и рассмеявшись, жадно сминает мой рот.

Мы жарко целуемся, разгоняя во мне имеющийся ком и увеличивая его в размерах.

Задрав мою кофточку, гаденыш сдергивает вниз чашку лифчика и вынуждает меня выгнуться дугой тем, что захватывает мой сосок губами. Всасывает его в себя, ласкает языком. Крупная дрожь рождается под кожей и разлетается в каждую клеточку, стоит ему проделать тоже самое и со вторым.

Но сейчас во мне слишком жива фантазия о стриптизершах, на которых он так желал смотреть, поэтому повинуясь порыву, я давлю Никите на плечи и заставляю перевернуться на спину. Оказавшись сверху на нем, и встретившись глазами, медленно берусь за край кофты и тяну её вверх.

Так ты хотел, да? Запоминай, чтобы не сравнивал с другими.

Да, признаю, мне не слишком хочется, чтобы он оценивал танцовщиц в баре. А точнее вообще не хочется. Единственное желание — эгоистично запечатлеть в его памяти только себя.

Игра моя Рудневу бесспорно приходится по душе, потому что на дне зрачков рождается пламя. Мужские ладони лежат на моей талии, пальцы нервно подергиваются, пока я также медленно избавляюсь от белья.

Вершинки груди моей напряжены и болезненно ноют, когда их касается воздух, а я выпрямляюсь прямо над Никитой. Встав на ноги и чувствуя некое подобие власти над ним, расстегиваю пуговку джинсов.

Кадык на крепкой шее дергается, Никита кладёт ладонь себе на пах и сжимает его, не отрывая от меня хищного взгляда.

Мне даже музыка не нужна сейчас, потому что эта музыка играет в моей голове. Музыка, ноты которой рождаются под действием ЕГО реакции на меня и на то, что я делаю.

Подцепив джинсы большими пальцами, стаскиваю их вниз по бедрам и откидываю на пол.

Кожу ног обдает жаром, стоит ореховым глазами на них сосредоточиться. Никита жадно смотрит на меня. Так, будто видит впервые. Будто несмотря на то, что секс между нами был неисчеслимое количество раз, его желание только растёт.

Внутри меня вихрем закручивается возбуждение. Покачивая бедрами из стороны в сторону, я соблазнительно пробегаюсь подушечками пальцев по кружеву. Разворачиваюсь спиной и медленно опускаюсь, прогибаясь в спине.

Воздух с шипением вылетает изо рта Никиты. Я слышу, как вжикает молния на его джинсах и опустив взгляд, вижу, как он приспустив их, высвобождает напряженный член.

Ставит его в вертикальное положение и сжав в кулаке, медленно ведет по нему вверх, а потом вниз.

Это выглядит настолько дерзко и возбуждающе, что мне приходится перевести дыхание. Снова обернувшись к нему, я попадаю в фокус его требовательных глаз.