Книга Ты - моя паранойя, страница 42 – Элла Савицкая

И сейчас, когда нам вот уже больше недели удаётся проводить вместе время без ссор я наконец чувствую себя счастливой и каждый день жду тех минут, которые мы проведём вместе. Они обычно ничем не выдающиеся. Мы смеёмся, обсуждаем что-то, иногда спорим. А порой, сама не знаю, как так происходит, но мы вдруг оказываемся друг к другу очень близко. Зак может взять меня за руку во время прогулки, а я и не сопротивляюсь. Я скучаю по нему. По близости, чувственности, поцелуям. Но полгода разлуки не прошли впустую. Я научилась держать себя в руках. Мне правда удаётся, хоть иногда и хочется плюнуть, и прижаться к нему самой. ***

— Ну давай же, ты чего? – психую, присаживаясь на пол и снимая с пылесоса щётку.

Уже полчаса этот упертый аппарат ни в какую не хочет работать. Процесс уборки превратился в какую-то пытку. Пытаюсь пропылесосить, но всё без толку.

В дверь раздаётся звонок как раз, когда я откручиваю шланг с другой стороны. Прямо с ним и иду открывать дверь.

— Привет, - раздражённо выпаливаю.

Зак с недоумением смотрит сначала на меня, а потом на шланг.

— Привет. - Склоняется, целует в щеку и входит в квартиру. – Ты чего?

— Да блин бесит, - направляюсь следом за ним на кухню, по пути заглядывая внутрь шланга. Может там застряло что. – Пылесос не хочет работать нормально. Я уже измучилась. Мешок вытрусила, поставила новый, думала проблема в мусоре, но нет. Не сосёт и всё.

— Когда не сосёт это хреново да, - хмыкает Зак на полном серьезе, ставя на стол привезенные пакеты.

Я прыскаю.

Оборачивается и усмехаясь, забирает у меня шланг.

— Забился где-то видимо. Пойдём.

Подтолкнув меня в спину, направляется следом. Усаживается рядом с пылесосом. Я остаюсь стоять рядом.

— Я разобрала все детали. Смотри, когда включаю без шланга – сосёт, то есть тянет отлично, - для подтверждения своих слов включаю пылесос и прикладываю руку к отверстию.

Зак делает тоже самое. Кивает, нажимая на кнопку отключения.

— Значит, проблема в шланге.

— Значит, да. Но я не пойму где. Я сняла всё, что могла, - демонстрирую три детали, в которые позаглядывала со всех сторон, но так ничего и не обнаружила.

— А тут? Это снимается? – повертев в руках одну из частей шланга, Зак заглядывает внутрь.

— Нет. Это не разбирается. Я пыталась.

— А ну-ка, - повернув её вверх ногами, он вставляет её в отверстие пылесоса и включает его на полную мощность. Несколько секунд так держит и выключает. Поднимает и внимательно всматривается внутрь, - Есть что-то длинное?

— Например?

— Да что угодно, только длинное. Тут изгиб видишь. Нужно или протолкнуть, или достать.

Задумываюсь. Длинное, длинное.

— Типа спиц?

— Да, пойдёт.

Взяв у мамы из ящика бабушкины спицы, несу ему.

— Держи.

Усаживаюсь рядом и тоже заглядываю в шланг. Ничего не видно.

Зато чувствуется просто умопомрачительно. От Зака приятно пахнет ментоловым гелем для душа. Я поднимаю глаза, пока он сосредоточенно елозит спицей внутри и засматриваюсь. Скулы и щеки гладкие – он побрился. Над ухом расползлась татуировка в виде крупных лепестков. Они у него с двух сторон. Когда волосы отрастают, их не видно, а когда выбриты гладко, как сейчас, можно рассмотреть каждую деталь. Лепестки разных форм создают просто обалденную картинку. Раньше их было меньше. Я помню только те, что прямо над ушами. Сейчас добавились новые. Интересно, только здесь, или Зак еще где-то набил? Я рассматриваю их почти каждый день и всякий раз нахожу что-то новое. Ему они к лицу. Такой дерзко-опасный мальчик, на которого засматриваются прохожие. Всякий раз когда мы гуляем, он непременно приковывает взгляды. Их целая палитра – от восхищенных до остерегающихся. Если бы я его не знала, вероятно я бы тоже обошла стороной парня, у которого кожа головы, шеи, рук, запястий покрыта татуировками. Но мне как никому известно, что он не способен ни на что плохое.