Книга Ты - моя паранойя, страница 27 – Элла Савицкая

«- Кто это был? – спросила Камилла, потому что Тара упрямо молчала.

— Скажем так… плохой чувак. Он больше её не тронет, я прослежу, - ответил я, мягко съезжая и улыбаясь, чтобы она не слишком переживала.

— А ты – хороший? – спросила Камилла, серьезно всматриваясь в моё лицо.

— А я – хороший! – заверил её я.»

В тот вечер мы с Тарой впервые поцеловались. Я отвез её домой, но одну оставить не смог. Ее начало трясти, отходняк после стресса наступил, я усадил её к себе на руки и шептал, что её больше никто не тронет. Правду говорил. Меня самого трясло от ярости, от того, что у неё из глаз слёзы текут, а на щеке этот отвратительный синяк, который только разрастался и темнел. Сам не понял, как начал целовать её щёку, осторожно, потому что понимал, что ей больно, а потом она сама подставила мне губы. Мы оба зависли на секунду. Дышали друг другом, смотрели в глаза и сорвались. Захлебнулись друг в друге, рехнулись. Я целовал её глубоко, жадно, как с катушек слетел. И это было так правильно – она в моих руках. Ни одна не ощущалась так правильно, как Тара.

Это был первый раз, когда мы уснули вместе. Я прижимал её к себе, а она вся влипла в меня, закинув на меня ногу. Тогда я пообещал себе, что эту девочку больше никто не обидит. Она – моя. Вот с той конкретной секунды, как мы поцеловались мой мир перевернулся. Тара стала для меня центром вселенной. Я просыпался, засыпал, ел, учился, гонял мяч – всё с мыслями о ней. Мы переписывались двадцать четыре на семь, а если она не отвечала я на стены лез. По началу она смеялась, если я прилетал к ней домой с вопросом почему она два часа мне не отвечала, потом её начало это раздражать, и так постепенно мы начали ругаться. Больше и больше. А она всё чаще стала меня игнорировать, на зло не отвечала, вызывая во мне еще большую ярость и ревность.

Потому что когда я не знаю с кем она, я начинаю это представлять. Фантазия у меня ого-го. Я могу нарисовать любую картину в неоновых красках. Поэтому мне НУЖНО БЫЛО знать где она и с кем. Главное, чтобы не с тем её придурком бывшим партнёром по танцам - Малкольмом. Его я ненавидел больше остальных, потому что было за что. Тара утверждала, что я помешался, что всё придумываю, но мы это на физическом уровне чувствуем, когда другому нравится твоя девочка.

Малк облизывался на Тару, а она его другом считала, наивная.

Трясу головой, в которой воспоминания сумбуром в кашу смешались. Начал с Камиллы и снова окунулся в Тару. Так всегда. Любая моя мысль приводит к ней.

Вот и сегодня так. Когда Камилла спросила почему я не приехал, я честно ответил, что меня там не ждут.

— Я жду, - с улыбкой ответила она, - и не только я.

Я не знал, что ответить, потому что одна часть меня хотела в это верить, а другая на репите врубила «Не первый. Уже не первый».

Кивнул ей, но обещать, что приеду не стал.

— Таре привет, - зачем-то ляпнул и собирался уйти, когда Камилла удержала меня за руку.

— Зак, я знаю, что вы два упрямых барана. Но Таре плохо. Я знаю какой она может быть и какая она сейчас, особенно последние дни. Она четвертует меня, если узнает, что я говорю тебе это, но просто знай, что ты ей дорог, даже если она этого не показывает. Она уснула вчера в твоей футболке – это уж совсем большой секрет, не смей ей это говорить!