Книга Ты - моя паранойя, страница 125 – Элла Савицкая

Я не знаю каково это для матери – смотреть на своего ребёнка и не знать какое будущее вас ждёт. Но я очень хорошо чувствую это по себе. Незнание и непонимание тупой болью живёт в груди и режет сердце ржавым ножом.

— Камилла, я сделаю всё, что смогу, чтобы помочь тебе. И ей, когда она придёт в себя.

Я стараюсь быть оптимистичным. Камилла же слишком давно работает в больнице, чтобы знать, что далеко не всегда следует положительный исход.

— Я поехала, Зак, - берет меня за руку и ободряюще сжимает пальцы.

— Давай. Постарайся поспать!

По себе знаю, что этот совет чисто слова. Я перестал спать шесть дней назад.

Когда Камилла уходит, я скидываю ветровку, мою руки и подхожу к койке.

Осторожно прохожусь большим пальцем по бледной прохладной щеке.

— Привет, маленькая. Сегодня у нас в планах просмотр твоего любимого мультика.

Усевшись рядом в кресле, через вайфай подключаю к висящему на стене телику изображение, и палату озаряет звук интро Белоснежки.

Телик сюда повесили специально для меня. Я приношу фильмы, которые любила Тара. И те, которые нравятся мне. По началу мне хотелось, чтобы она их услышала и проснулась. Ткнула бы в плечо, и сказала – какую фигню ты смотришь. Но этого не происходит.

— Смотри, ты теперь тоже как Белоснежка, малыш, - говорю, скашивая взгляд на мою не подающую жизненных признаков девочку.

К горлу ком подступает. Тянусь к обездвиженным губам и осторожно прижимаюсь к нижней в самом уголке. Провода в её рту не позволяют сделать это нормально. Спазм сводит грудную клетку. Глупо, конечно. Как будто мы в сказке, мать её, и я могу хоть как-то помочь. Принц, блядь, который имеет прямое отношение к тому, что она сейчас здесь лежит.

— Но ты упрямее Белоснежки, правда? Тебя так легко не разбудить, - шепчу, упираясь своим лбом в её.

До боли в ребрах хочется почувствовать на своей щеке теплое дыхание, тихий шепот «Зак». Я бы жизнь отдал, чтобы она сейчас проснулась.

— Или просто я не твой принц, маленькая, да?

Зажмуриваюсь, в сотый раз испытывая эту невозможную агонию в районе сердца. Будто его выдирают изо дня в день по сантиметру и никак не вырвут.

Выдыхаю и падаю обратно в кресло.

После Белоснежки, включаю Ходячих мертвецов. Их она так и не досмотрела.

— Привет, Зак, - здоровается Кэйси, входя вечером в палату.

Отвожу глаза от экрана и приветливо киваю медсестре Тары.

— Привет.

— Принесла тебе батончик, - светловолосая девушка в голубом халате улыбается, протягивая мне Сникерс, - заметила, что ты ничего не ешь, когда приходишь.

— Это потому что я дома ужинаю. Спасибо, но съешь сама.

Она ещё с первого вечера проявляет ко мне заботу. Или это интерес, я не вдумывался. Мне фиолетово.

— Уверен?

— На сто процентов.

Медсестёр тут несколько, и я со всеми уже знаком. Каждый вечер и утро они делают обход. Записывают показатели, и совершают некоторые процедуры. На это время я выхожу из палаты и отправляюсь за кофе.

Когда возвращаюсь, в палате уже снова никого нет.

Падаю в свое место обитания, листаю новости инсты.

Читаю вслух Таре статьи и какие-то бредовые приколы.

Когда глаза уже устают от экрана, откладываю мобильный и придвигаюсь ближе к койке. Сжимаю тонкие холодные пальцы.

Я здесь уже столько времени, а все никак не могу поверить, что все происходит в реале.