Книга Давай останемся никем, страница 108 – Элла Савицкая

Что это было? Что?

Короткие вдохи — это максимум на что способны мои лёгкие. Кислород внутрь, наружу. Внутрь, наружу.

Прикладываю ледяные ладони к щекам. Я вся горю. Сердце работает на максимум, распирая грудную клетку.

Та дыра, что раньше казалась непреодолимой, вдруг превратилась в маленькую лужу по сравнению с новой, выросшей за секунды.

Секунды, пока Скайлер целовал меня.

И нет, не дырой, а пропастью между мной и Скайлером. Огромной, черной.

Под кожей стремительно проносится будоражащая волна.

Зажмуриваюсь, стараясь не прокручивать в памяти те короткие мгновения, но картинка так и стоит перед глазами. Живая, осязаемая. У нее есть запах, четкий запах парня, который разбудил во мне нечто, о чем я не подозревала. У нее есть глаза — грозового цвета, сильные руки, что еще пару мгновений назад до хруста сжимали меня…

Переношу пальцы на губы и трогаю их подушечками. Они пылают, покалывают. Всё мое тело накалено так сильно, что я еле стоять могу.

Но как так? Я даже не подозревала, что после поцелуя может качаться земля и звезды в небе подскакивать.

Почему? И почему с Роем не так?

Когда Скайлер меня целовал, это не было даже близко похоже на то, что я испытываю с Роем. С моим парнем всё очень мягко и приятно. А сейчас — Господи, сейчас я чувствую себя так, словно я сгусток энергии, внутри которого с бешеной скоростью летают молекулы. Они встречаются друг с другом, сталкиваются и разлетаются в разные стороны, разгорячая меня еще сильнее. Нагревая мой живот, который отчего-то кажется тяжелым. Меня трясёт, в желудке не бабочки, нет. Там хищные птицы, пожирающие мои внутренние органы.

Вздрагиваю, когда слышу, как дверь за Скайлером закрывается.

Перемещаю пальцы к глазам и стираю… слёзы. Они почему-то текут одна за другой.

Ощущение, что я лишилась части сердца. В груди так невыносимо болит, но я не понимаю почему.

Как я не замечала его чувств? Как сблизилась настолько, что вместо того, чтобы рассердиться на его своеволие, вдруг испытываю горечь?

Скайлер сказал, что он мне нравится… он прав. Мне правда безумно нравилось проводить с ним время, ловить его редкие улыбки и морщинки вокруг глаз, которые появлялись всякий раз, когда он щурился. Нравилось, как мы могли легко взять друг друга за руку. Мне всё в нём нравилось.

Но по-братски. Ведь так? Он не может мне нравиться как-то иначе. Это невозможно. Неправильно.

Да даже если допустить одну лишь мысль об этом, от осознания того, как отреагируют родители, волосы на голове дыбом становятся. Они никогда не поймут и не примут. Да и я сама… Смогу ли?

Нет, он дорог для меня, конечно. Как близкий человек, но не как любимый.

Да и тем более любимый у меня уже есть.

Скайлер должен это принять.

Обязан!

Встаю с качели и с этой мыслью отправляюсь в дом.

Мне больше не страшны мнимые чудовища из ужастиков. Сейчас в моей голове такой сумбур, что нет места никаким паранормальным явлениям, которые в другой ситуации уже бы чудились мне изо всех углов.

На следующий день мы с Роем, как и собирались, отправляемся на пикник.

Скайлер так и не вернулся. Можно только представить, чем он занимался ночью, но я не хочу этого делать. Эта мысль мне неприятна.

— Лив, ты слышала, что я сказал? — щёлкает перед моим лицом пальцами Рой.