Книга Не пара, страница 96 – Элла Савицкая

Саша застывает, и улыбка на его лице замораживается.

Послабив захват, он обхватывает ладонями мое лицо и теперь уже мягко ведет губами по моим.

— Ну зачем?

Прикрыв глаза, вся звеню от того, что он здесь. Обнимает меня, целует. И его снова много — запаха, прикосновений, так много, что у меня кипит кровь.

А я снова тряпка…

— Думала, что все закончилось, — шепчу, покрываясь мурашками от его нежностей.

Ладони мои ложатся на широкую грудь, и я чувствую, как под ними рвано бьется сердце.

— Мы только разгоняемся, Алисёна. Кто ж заканчивает то, что только начинается?

Жму плечами.

— Глупые люди…

— Ну, мы же не глупые.

— Мы нет.

Саша смеется, а я чувствую, как улыбаюсь. Трусь щекой о его покрытую щетиной скулу и мне снова хорошо. Мои бабочки снова живут.

Алиса

— Не боишься?

— Нет, — разрываясь от дозы умиления и счастья, крепко сжимаю поводья Аристарха, в то время пока Саша медленно ведет его вперед. — Когда мама познакомилась с Димой, он часто возил меня в конноспортивный комплекс, потому что работал там в то время.

— Значит, опять не удивил? — с неверием сокрушается Саша.

— Не удивил, но очень порадовал. Я обожаю лошадей.

— Ну, уже легче.

— А ты сам катаешься?

— Да. Если не боишься, я отпущу его и возьму себе Дакара. Покатаемся вместе.

Пока Сашу снаряжают, я с нежностью глажу гриву Аристарха. Белый конь довольно фыркает, и я ложусь на него, чтобы обнять. Эти животные для меня какая-то особенная каста. Грациозные, умные, быстрые. Меня распирает от любви к ним.

На ипподроме не была уже года два примерно, и вот Саша сегодня привез меня сюда снова.

— Поехали?

Поднимаюсь и не без восторга обвожу его взглядом. Саша на коне — это нечто.

— Я быстро не езжу, — предупреждаю сразу.

— Тогда я кружок сделаю, а потом пройдемся.

Пришпорив Дакара, он пригибается, и уже через секунду они несутся по полю.

У меня сердце заходится от волнения за него и одновременно от восторга.

Получается у Саши просто превосходно, он уверенно держится в седле. Я глаз не могу оторвать, пока он летит на скорости, умело управляя жеребцом. Тот с легкостью поворачивает налево, потом на право, а потом и вовсе становится на дыбы. Горло от ужаса перехватывает, но уже через секунду они снова продолжают свой путь.

Боже, это какой-то отдельный вид эстетического удовольствия. Достаю из прикрепленной на животе бананки телефон, и делаю несколько снимков на память. Это однозначно лучше, чем листание соцсети по вечерам. Там — его снимки для всех, а в моем телефоне только для меня. У меня их уже накопилось немало за последние пару недель.

— Готова? — Саша останавливается рядом. Глаза горят, в них блеск и азарт.

В нем вообще столько энергии, что я каждый день заряжаюсь ею от него, как от солнечных батарей.

— Да.

Дальше мы прогуливаемся не спеша. Я рассказываю истории, которые приключались со мной на ипподроме. О том, как один раз лошадь меня ущипнула губами за зад, и о том, как дважды я свалилась с неё, и дядя Дима хотел прекратить наши поездки, но я так сильно плакала, что он сдался и потом повез меня снова.

Мы проводим с лошадьми несколько часов. Я кормлю их морковкой и смеюсь, настроение сумасшедшее. Наверное, я бы могла находиться здесь весь день, если бы не начавшийся дождь.

Октябрь в этом году сырой и холодный. Разительно контрастирует с жарким сентябрем. Пришлось доставать из закромов куртки и сапоги раньше времени.