Книга Любовный треугольник, страница 62 – Элла Савицкая

Она ведь не сказала ничего… Только обнимала меня, пока я трахал её, как последняя мразь и скотина. Всю ненависть на ней свою вымещал. За то, что всё ещё люблю, даже после того, как она отказалась от нас. За то, что как самый последний слабак плетусь к ней домой, когда у меня есть свой собственный с женой и сыновьями…

Молчала… Всё знала, и молчала…

Спускаюсь вниз и возвращаюсь в машину. Жду… Умом понимаю, что посреди ночи она не приедет, но все равно жду до самого утра.

Вырубает от усталости на какое-то время, а когда рывком вылетаю из сна, на улице уже светло.

Перед тем, как уехать на всякий случай возвращаюсь и звоню в дверь еще раз. Вдруг пропустил её приезд. Но нет. Я не чувствую её рядом.

Нахожу в телефоне её контакт и набираю. Долгие гудки играют невидимыми смычками по моим нервам. Один, второй… сброс.

Стиснув зубы, проталкиваю в себя воздух.

Знаю, что игнорирует. И правильно, наверное. Только как теперь жить со всем этим?

Бывает так, что живёшь в своем устоявшемся мире, свыкся, подстроился, а потом одно событие, и все выворачивается наизнанку.

И тебя тоже прицепом выворачивает.

В Ереван мы с Ани приезжаем ближе к вечеру.

По пути домой заезжаем к моей матери за пацанами.

— Мы поужинали, — ставит в известность она, — так что мальчики не голодные. Утром сходили к врачу на плановый осмотр.

— И что сказал врач? — улыбается Ани, не в состоянии оторваться от Арсена.

Прижимает его к себе, целует. Он более усидчив к её ласкам. Гор вечно убегает, терпеть не может переизбыток нежностей.

Ловлю младшего сына и помогаю ему обуть кроссовки, пока Ани обувает старшего. От нетерпения потряхивать начинает.

— Что они абсолютно здоровы. Не зря мы их овощами кормим с тобой и фруктами с огорода, — голос матери как раздражающий фактор, внутренности накаляет.

— Ну и отлично. Мы готовы.

— Подождите меня в машине, Ани.

Под вопросительный взгляд жены, открываю им дверь, и дождавшись пока они выйдут во двор и подойдут к машине, захлопываю её обратно.

— Давид? — удивленно смотрит на меня мама, — В чем дело? Ты чем-то недоволен?

— Что ты сказала Оле три года назад?

Я этот вопрос про себя уже задал около тысячи раз, представляя, какую реакцию увижу в ответ.

И вот она… ожидаемая мною реакция. Почти что неподдельное удивление.

— О чём ты?

— Мама, я всё знаю. Не прикидывайся глупой.

Сжав губы, она хмыкает и вздергивает подбородок. Маски удивления, как и не было.

— Рассказала значит?

— Что ты ей сказала? — цежу сквозь зубы.

— Правду.

— С чего ты решила, что ей нужна твоя правда?

— Ну раз, отошла в сторону, значит нужна была. Спасибо, что еще совесть у неё была. Я боялась, что Оля эта окажется совсем уж развратной и эгоистичной, но нет. Девочка удивила.

Развернувшись, мать направляется на кухню, а я тяжелым шагом за ней.

Говорят, родителей ненавидеть нельзя. Ведь это родители. Их нужно принимать такими, какие они есть. Уважать, ценить… Вот только сейчас остатки уважения к матери исчезают, как и не было. Их после ситуации с Мариам осталось не слишком-то много, а теперь точка кипения достигнута окончательно.

Мне кажется, что я не знал никогда этого человека по-настоящему. Мать всегда была строгой и требовательный. Что ко мне, что к сестре. Я думал того требует воспитание…

Но то, что сделала она не влезает ни в какие рамки. Ни воспитательные, ни моральные.