Книга Запретная. Моя, страница 50 – Элла Савицкая

— А давно она у вас лежит? Сможете день придержать? – поразмыслив секунду, смотрю на оценщика.

— Да, давно. Кому она такая дорогая нужна? Сюда приходят сдавать вещи, а не выкупать. Выкупают обычно раз в месяц совершенно другие люди.

Это хорошо…

— Тогда давайте я завтра за ней вернусь. А еще лучше сегодня вечером.

Чтобы точно никому другому не досталась.

— Без проблем, парень.

Получив деньги за часы, складываю их в карман куртки и отправляюсь домой. Там в одной из коробок на шкафу нахожу свой первый мобильный с черно—белым экраном, который брал на рынке с рук. На нём трещина, но это никак не мешает его работе.

Переставляю симку и ставлю гаджет на зарядку.

Новый складываю в коробку. Он до сих пор имеет отличный вид. Я собирал на него несколько месяцев. С ходок брать именно телефон не хотелось. Для меня было принципиально важным купить его самому. Поэтому у меня даже документы на него есть и чек. Может, так за него больше дадут.

Перекусив, сажусь за учебники. От усталости рубит, но я держусь. Пытаюсь утрамбовать информацию хотя бы пары разделов, чтобы в следующие дни поднажать на остальные.

Когда теория уже разве что из ушей не лезет, снимаю телефон с подзарядки и снова еду в ломбард.

Меняю мобильный на цепочку с кулоном, и даже еще остаются деньги.

На продукты их тратить нет необходимости, только вчера забил едой холодильник. Поэтому можно отложить.

На улице вечер. Почти восемь. Даша прислала смс, что уже дома. А я пиздец, как соскучился.

И хочу её увидеть.

Выхожу из ломбарда с намерением зайти к ней хотя бы на полчаса, когда за спиной раздаётся автомобильный гудок.

— Опааа. Чё, Рус, от хорошей жизни начал по ломбардам шастать?

Насмешливый голос Варшавина заставляет остановиться. Оборачиваюсь, а он тормозит около меня.

— Мдааа, дожился, Шмель. Променять бабки на тёлку, – скалится, как шакал.

Но из машины не выходит. Он всегда был ссыклом.

— Пальцы зажили? – киваю на его руку, локоть которой лежит на двери. – Или повторить?

Гипса уже нет, а значит сломать можно во второй раз. Заживать будет дольше, но может и эффект усилится. Научится, что мести языком как помелом направо и налево, не стоит.

Ухмылка стекает с лица Сани.

— Смотри, как бы тебе что не переломали, Рус, – обваривает меня в желчи, а потом свиснув покрышками, срывает тачку с места.

Придурок.

Прослеживаю, как его лада скрывается за поворотом, но внутри успевает мерзко царапнуть.

Тихий уже месяц не давал о себе знать. Я даже в какой—то момент отпустил ситуацию. И если бы был дураком, решил бы, что он забил на меня. Но я не дурак. И знаю, что так просто Валера не забивает. Просто время ещё не пришло.

Качнув головой, отгоняю ненужные сейчас мысли и сворачиваю в цветочный.

«Выйдешь в подъезд?»

Отправляю сообщение, пока поднимаюсь по ступеням.

«Конечно. Сейчас?»

«Да. Я здесь уже».

Спрятав телефон в карман куртки, останавливаюсь между вторым и третьим этажами.

Обвожу взглядом стены.

Каких иероглифов здесь только нет. И признания в любви, и послания по известному направлению. Поддавшись влиянию настроения, беру с подоконника гвоздь и найдя пустое место, царапаю печатными буквами на побелке «Даша».

Зачем? Не знаю. Просто хочется.

Белая крошка осыпается на пол, я усмехаюсь.

— Ай, как не хорошо, – раздаётся слева весело.