Книга Запретная. Моя, страница 108 – Элла Савицкая

Я выбираюсь следом.

— Как они достали, – шипит, уверенно направляясь вперед.

Я оборачиваюсь. За нами на расстоянии пяти метров идут охранник и водитель.

— Весело тебе, – мысленно сочувствую.

— Да жесть. Никакой личной жизни, – бросает она, а потом резко оборачивается к ним и орёт: – А если я захочу с ним сексом заняться, вы будете смотреть? Или таких указаний вам тоже не давали?!

Ответа она явно не ждёт. Снова разворачивается ко мне и понижает голос:

— Можем сбежать, я знаю пару вариантов.

— Не надо. Они мне не мешают.

— То есть секс отпадает? – делает вид, что поражена до глубины души.

Я усмехаюсь.

— Получается, так.

— Фу, как некрасиво отшивать девушку, Руслан. – обиженно надувает губы.

— Также некрасиво, как и угрожать нажаловаться отцу, – бросаю ей ответку.

— Ой, ничего бы я не жаловалась. Ты мне слишком нравишься, чтобы включать свои сучьи повадки. Ну как твои дела, рассказывай? – забыв об обиде, смотрит на меня с интересом, – Ты все еще встречаешься с той своей Дашей?

Достаю сигарету, зажимаю в зубах, подкуриваю одной рукой.

— Все сложно, – отвечаю без подробностей.

— О как. Почему? Нервы тебе делает?

Если бы.

— Нет. Я сложный. Не она.

— Ты? – ее брови взлетают вверх, а потом она задумывается, – Хотя да. Ты простым не выглядишь. Но это даже и неплохо. Простых вокруг тьма и все они козлы. Но знаешь, если вдруг твоей Даше с тобой сложно, я знаю кое кого, кто не боится сложностей.

— Весьма лестно, – выпускаю дым из легких, – но боюсь кроме нее никто меня не потянет.

— Проверим? – во взгляде Илоны читается вызов и желание доказать обратное.

— Без вариантов. Сложность моя еще и в том, что мне самому никто кроме нее не нужен.

Илона театрально закатывает глаза.

— Как скучно, – фыркает, откидывая назад копну каштановых волос, – такой правильный аж противно.

— Ну тогда я пойду домой, чтобы от брезгливости тебя не вывернуло, – выкидываю в урну сигарету.

— Ладно уж, потерплю, – смеется она, и я тоже усмехаюсь.

Остаток вечера проходит относительно нормально. Илона рассказывает о том, как ездила с отцом в Индию, куда—то в заброшенное богом место. Жалуется на то, что он не дает ей спокойно жить, контролируя каждый ее шаг, и ограничил количество карманных денег.

Она щебечет, а я думаю о том, как сегодня Даша.

Легче ей или нет.

Потребность увидеть ее настолько сильная, что если бы не мой внешний вид, я бы поехал к ней уже сейчас.

Но заявиться вот так – это еще раз подтвердить ее слова. Испугать. Оттолкнуть еще дальше и заставить нервничать.

А я уже и так ей причинил столько боли, что хоть лопатой разгребай.

— Ну что, пойдем? – Ася заглядывает ко мне в комнату.

Мы с ней договорились прогуляться, потому что находиться в общежитии в последнее время мне все сложнее.

Несмотря на запрет курения, ребята умудряются пыхтеть как паровозы на всех этажах. От Риты несет так, что меня мутит, едва она появляется в комнате. А даже когда ее нет, все вещи всё равно воняют дымом.

— Да, сейчас, – заглядываю в стол, чтобы взять пару купюр на всякий случай и застываю.

С правой стороны, под тетрадями, где должны лежать отложенные деньги, пусто.

Сую руку дальше, полагая, что они сдвинулись, шарю ею по ящику, и… ничего.

— Не поняла… – резко дергаю на себя ящик и вываливаю содержимое на кровать.