Книга Запрет, страница 24 – Элла Савицкая

— Нам сюда, – указывает Славик, направляясь направо.

Я следую за ним.

Кухня оказывается крошечной, но светлой.

Слава опускается на один из стульев, мне кивает на другой.

— Падай.

Я занимаю место у холодильника и бегло оглядываюсь. На подоконнике – глиняные горшки с алоэ, над окном – простые серые занавески. Старая плита выглядит ухоженной. Надо заметить, здесь очень чисто, несмотря на то, что мебели, наверное, лет тридцать, если не больше.

Стол накрыт клеёнкой в цветочек, а в центре – сахарница, стопка кружек и блюдо с сушками.

Эта обстановка напоминает мне дом бабушки и дедушки. Когда я была маленькой, мы ездили к ним в деревню, и всё там было почти таким же.

От разглядывания меня отрывает приглушенный голос тёти Марины, и явно недовольный Руслана, доносящиеся из глубины дома.

— Может, он действительно занят? – прислушиваюсь к его тону, все еще пытаясь понять, чем вызван негатив в нашу сторону.

Славик пожимает плечами.

— Не знаю.

— Так, Руслан присоединится к нам позже, – в дверном проёме показывается тётя Марина.

Снимает с крючка фартук и завязав его за спиной, ставит на плиту чайник.

— Мы с тобой еще не познакомились, – доброжелательно оборачивается ко мне. – Ты Даша, да?

— Да, – улыбаюсь ей.

— Я Марина Анатольевна. Можно просто тётя Марина. Как твоя нога?

— Уже хорошо, спасибо.

— Ну и прекрасно. Вы голодные, дети? Есть рис и капуста тушеная.

— Нет, спасибо, – мотаю головой, – я только недавно поела.

— Я тоже, – подхватывает Славик.

— Ну, смотрите. Тогда чай.

— С конфетами, – лезу в рюкзак и достаю оттуда пакет с шоколадными трюфелями, которые привезли отцу. – Угощайтесь.

— Ой, вы кушайте, дети, мне незачем.

— Нет—нет, чай пьем мы все, значит и конфеты тоже едим все.

Рассмеявшись, хозяйка достает из ящика тарелку, и я выкладываю на неё конфеты.

— Ну рассказывай, вы откуда приехали к нам?

Как—то так выходит, что разговор завязывается легко. Тётя Марина оказывается приятной женщиной. Она угощает нас вкусным чаем с бергамотом, достаёт клубничное варенье к бубликам, поддерживает нашу ненавязчивую беседу.

Когда она ударяется в воспоминания о детстве Руслана, я не замечаю, как заслушиваюсь. Глупо улыбаясь ее рассказам, царапаю ногтем выцветший рисунок на клеенке, а когда поднимаю голову, натыкаюсь на взгляд объекта нашей темы разговора. Руслан стоит, подперев плечом дверной проём и наблюдает за моим пальцем, скользящим по клеёнке. Я рефлекторно застываю и убираю руку со стола.

— О, ты освободился? – замечает его тетя Марина, – Садись давай. Даша такие конфеты вкусные принесла, пальцы можно слопать. Я в жизни таких не ела.

— Ты пей, ма. Я потом, – сухо отвечает Руслан.

— Я уже допила. Садитесь пообщайтесь. Гости к тебе все—таки пришли, а не ко мне.

Руслан подходит к столу и садится на её место, так как стульев только три. Я пытаюсь понять по его лицу его настроение, но судя по выражению, оно улучшилось не на много.

— Чем это ты таким занимался? – с издевкой толкает его локтем Славик.

— Да алгебру он учил, – отвечает вместо Руслана мама.

— Мам, – он недовольно закатывает глаза.

— Что? Секрет что ли? У Руслана беда с этими всеми точными науками, – тетя Марина опускает перед ним чашку.

— Нормально у меня всё, – чеканит он сквозь плотно сжатые зубы.

— Ну да, нормально. Как поступать будешь, ума не приложу.