Книга А я заставлю!, страница 49 – Элла Савицкая

— О детях только не забудьте. У них тоже должны быть угощения.

— Ну конечно, о них я думаю в первую очередь.

Развернувшись, директор уходит, а я вздыхаю. Иногда хочется её придушить.

— Мда, дамочка еще та, — выносит вердикт Лев, с пренебрежением смотря ей в след. — Это ты при ней сюда попала?

— Да. Она ужасная. Совсем не заботится о детях. Ты не обращай внимания. Она во всех ищет выгоду. Ты здесь в первую очередь потому, что я хотела, чтобы ты увидел почему я не могу пропустить праздник. Я нужна этим детям.

Встречаюсь взглядом со Львом. Мне искренне хочется, чтобы он сказал, что да, это действительно важно. А еще лучше, если бы и вовсе перенес свою поездку. Но этого он, конечно, сделать не может.

Кивнув, мягко отводит волосы мне за ухо и переводит взгляд мне за спину, где затихла детвора, и похоже смотрит сейчас на нас.

— Я вижу, — отвечает, подмигнув им.

— Лев, помоги мне пожалуйста.

Отставляю ноутбук, за которым работал последние пару часов и встаю. Пару раз растягиваю успевшие затечь мышцы спины, и разминаю шею. Сегодня воскресенье, выходных в моей жизни давно не существует. Но, похоже, тушканчик решила внести изменения в привычный расклад вещей.

Вчера она повезла меня в детский дом, потом заставила гулять по вечернему городу, что оказалось не так уж и плохо. Скорее всего, причина в том, что прогулка эта была именно с ней. С девчонкой, которая пила какао с маршмеллоу и сосала красно-белый леденец, вызывая в моей голове совсем недвусмысленную ответную реакцию на этот счет. За что ночью получила сполна. А еще рассказывала всякую дребень о своей студенческой жизни, которую я, к своему огромному удивлению, слушал с немалым интересом.

Давно у меня такого не было, чтобы хотеть кого-то слушать. Вникать в жизнь девушки, узнавать её лучше. Злату же хочется. Есть в ней что-то особенное. Такое, чего я давно не видел в других.

— Ле-е-ев.

— Иду.

И вот сейчас тоже. Отвлекает засранка, но… я позволяю ей это делать. Как и слушать дебильный джингл беллс, разносящийся по моей квартире.

— Что? — вхожу в зал и усмехаюсь.

Злата, забравшись на стул, одной рукой придерживает бумажный лист на оконной раме, а второй трясет баллончик с искусственным снегом.

На ней домашние шорты и маечка в облипку. Вид охуенный. Мне не просто нравится. Я уже даже рад, что она меня отвлекла.

Подойдя ближе, с немалым удовольствием оглаживаю её ягодицу.

Злата вздрагивает, краснеет и кивает на лист.

— Вот тут твоя помощь нужна, а не там, где ты сейчас ее оказываешь.

— Я могу везде помочь. Я многофункциональный.

— Держи давай, многофункциональный, — закатывает она глаза, — у меня этот лист уезжает, и я не могу нормально сделать домик.

— Зачем он тебе сдался? — горестно вздыхаю, ненароком оглядывая то, во что превратилась моя квартира.

На стеллаже стоит ночник в виде ёлки, на диване подушки в наволочках с красно-белым новогодним принтом, сосна эта — вообще отдельный разговор. А теперь еще и изображения на окне из искусственного снега. Какой-то новогодний дурдом, честное слово.

— Красиво же. Я здесь еще снежинки распылю, поможешь мне, а вот здесь сделаем фигурку рождественской звезды. Вот, за уголок придерживай.

— И когда я на это подписался? — не веря в то, что делаю, держу злополучный лист, пока мои стекла самым наглым образом пачкают белым безобразием.