Книга Сердце демона, страница 147 – Анна Сешт, Алекс Сэро

— Обречённые искать, – шёпотом повторила Аштирра. От самой этой мысли ей было не по себе – что вот так просто можно утратить себя самого, свою природу.

— До последнего я не слишком-то верил в обрывочные свидетельства Красуза и остальных, хотя в гробнице каждого из них упоминалось, якобы их особенную царицу охраняли Восемь Живых Клинков. Словно она была Императрицей. Я предполагал, что это так они пытались отпугнуть охотников. Но, направившись в Шаидет, готов был ко всему, даже к самому невероятному. И составил свой ритуал исходя из этого.

— Так ты собирался рискнуть собой с самого начала?

— Не стал бы, будь у меня выбор. Запретные знания потому и называются так… А мудрость древних бальзамировщиков – обоюдоострый клинок, – Раштау отвёл взгляд и надолго замолчал.

Отблески светильников озаряли его лицо, мистически обрисовывая черты, словно лик статуи в полумраке святилища. И его мысли пребывали где-то очень далеко, за непроницаемым для других пологом времён.

Аштирра терпеливо ждала, зная, что торопить его нельзя, да и бессмысленно.

— Там, в Шаидет, мне открылось многое… не предназначенное для живого разума. Едва ли я сумею описать, каково это – заглянуть в бездну у Вод Перерождения, где обитают мёртвые. Услышать их многоликий шепчущий хор. Почувствовать дыхание Ануи каждой частицей тела, каждой струной духа. Я знал, что, даже если выйду оттуда живым, прежним уже не вернусь и не стану никогда… но иначе не мог.

Жрица взяла его руки в свои, нежно сжала, вспоминая слова о цене, которые он сказал Альязу. Прикосновение словно вывело его из оцепенения. Раштау чуть улыбнулся, привлёк её к себе.

— К чему я это?.. – хрипло проговорил он, откашлялся. – В отличие от поднятых трупов, у мёртвых Ануират есть… подобие сознания. Чуждого, но куда более ясного, чем у тварей из песков. Только один из Эмхет мог вернуть им рассудок при жизни и призвать на службу после смерти.

— Но почему же Эмхет, помогавший Кадмейре, потом просто… исчез? А его потомки никак не проявили себя до сих пор.

— Причин может быть много. Они могли не осознавать свою силу или даже отказаться от неё. Как ни печально, но ты ведь знаешь – многие рэмеи забыли своё наследие. А многие предпочли забыть, принять другой образ жизни, только чтобы отделить себя от проклятия Отступника. И это простые рэмеи. А каково было бы состоять с Забытым Императором в родстве? – Раштау невесело усмехнулся. – Слишком уж тяжёлая ноша – бремя чужих чаяний и чужих преступлений. Не всем под силу… даже наследникам Ваэссира.

Аштирра понимающе кивнула. Она лично совершенно не хотела бы оказаться потерянной рэмейской царевной. Но последний раз, когда она смотрела в зеркало, её глаза не стали из индиговых золотыми, а красновато-рыжие волосы не почернели, да и изгиб рогов остался тем же, свойственным роду Таэху.

Жрица окинула взглядом записи отца, в очередной раз поражаясь его блистательному разуму.

— Нужно поскорее найти это Сердце и успеть раньше Предвестника. Знать бы только, с чего начать! Кадмейра не оставила никаких подсказок?

— Оставила, конечно. Да и у меня есть кое-какие мысли.

Аштирра крепко обняла отца.

— У нас всё получится! Отправимся на поиски сразу после Посвящения. Отыщем наследника или наследницу… и убедим вмешаться, пока ещё хоть что-то можно сохранить.